Книга Зеркало королевы Мирабель, страница 147 – Дарья Иорданская

Бенжамин ответил что-то неразборчивое. Женщины, впрочем, и не прислушивались. Главное уже было произнесено: «холодное железо».

— Они Каллуну обсуждают? — встрепенулась Джинджер.

— Судя по лицам — да, — кивнула Фрида. — Холодное железо? Разве не то же самое она сказала про мои шпильки? Довольно странное название для стаглара… — имперка вытащила флягу. — Пошли, отдадим нашу добычу.

Фрида приблизилась к камину и склонилась над мужем. Джинджер старалась держаться у нее за спиной. Впрочем, трое мужчин все равно оглядели ее внимательно с ног до головы, отдельно задержавшись на встрепанных волосах. Юная предсказательница почувствовала себя неловко. А еще, словно воровка, укравшая это прекрасное платье. Даже и в самом деле воруя, Джинджер так себя не чувствовала.

— Думаю, — сказала Фрида, отвлекая девушку от мрачных мыслей, — вам двоим стоит все рассказать.

ГэльСиньяк явно предпочитал со своей госпожой не спорить. Уступив ей кресло, он отошел к очагу и оперся локтем о небольшую полку. Фрида дернула Джинджер за рукав, вынуждая присесть на широкий полированный подлокотник, и веско сказала:

— Итак?

ГэльСиньяк переглянулся с Адмаром. Проведенный вместе день сделал из них слишком явных союзников.

— Мы столкнулись с Каллуной, — вздохнул имперец. — Она следовала за вами.

— Мы-то ей на кой? — удивилась Фрида.

— Вы, госпожа, возможно и не нужны, — мрачно ответил Адмар. — Куда больше старую ведьму интересовала госпожа Элиза.

Джинджер ощутила неприятный холодок, и в очередной раз испытала облегчение от того, что старая ведьма отправилась на тот свет.

— Ничего существенного она не сказала, — продолжил Адмар. — Поминала прошлое.Думаю, у нее уже рассудок повредился.

— Однако же, — возразил ГэльСиньяк, — ведьма неплохо разбиралась в том, что сейчас происходит. Почуяла колдовство на севере и на юге. Сходится: на севере ваша королева; в Империи новый виток чумной эпидемии.

— Про холодное железо, это тоже ее слова? — поинтересовалась Фрида.

Адмар поднялся с кресла и присоединился к стоящему у очага имперцу. Прижавшись спиной к нагретым камням, он скрестил руки на груди, словно защищаясь от чего-то.

— Не более чем неразборчивое бормотание, госпожа Фрида. «Милый Грим», «холодное железо», «откуда у тебя эта штука» и «я не желаю видеть это лицо». Полная бессмыслица.

— Холодным железом, — заметила Фрида, — она назвала мои стагларовые шпильки. И один укол такой шпилькой снял чары…

— Грим, это скорее всего Удальгрим…. — Адмар побарабанил пальцами по растрескавшейся мраморной полке. — Холодное железо…

— Кинжал, который сперла Элиза… Он, вроде бы, из этого самого стагнара.

Все с удивлением воззрились на Бенжамина. Наверное, впервые, за все время, прошедшее с момента знакомства по дороге на Шеллоу-Тон, молодой лорд-наемник сказал что-то дельное.

— Стаглар, — поправил Адмар и сощурился. — Допустим. Допустим, Грим это и в самом деле Удальгрим, а холодное железо и «эта штука» относятся к кинжалу. Но при чем тут лицо? Что вы нашли на озере?

Фрида взболтала флягу. Ни звука. То, что находилось в горлянке, по-прежнему нельзя было назвать даже жидкостью. Ведьма вытащила пробку, и в зале резко завоняло серой.

— Принесите блюдо, — сказала она. — Лучше деревянное.

* * *

Вещество «вылитое», за неимением лучшего определения, на старинный дубовый поднос, больше всего походило на желе. Но даже в склонной к излишней роскоши Курите его пока не догадались делать из серебра. К тому же, от этого «желе» отвратительно пахло серой, как из Преисподней.