Книга Лисьи Чары, страница 45 – Дарья Иорданская

Туча расползлась, еще больше надвинулась на деревню, стало совсем темно, как в глубоких сумерках. Трактирщик зажег все лампы, растопил очаг в главном зале и покачал головой:

- Давненько такого не было. Возьмете грелку, госпожа? Еще пара часов бури, и к ночи сильно похолодает.

- Я подумаю, - пообещала Пан. – Я могу попросить принести мне обед в комнату? И без грибов.

Хозяин радушно улыбнулся.

- Непременно, госпожа. Как только все будет готово, я пошлю к вам Фредди. Вот, возьмите эту лампу, довольно яркая и горит ровно.

Пан подхватила фонарь за кольцо и оглянулась на стол у самого очага. Герн и Рискл, склонившись друг к другу, что-то оживленно обсуждали. Слишком оживленно для двух трезвых волшебников.

- И сколько пива они выпили за сегодняшнее утро? – поинтересовалась шутовка.

Хозяин, сощурившись, посмотрел на стойку, уставленную пустыми кувшинами, подсчитал их.

- Пинт семь, может быть, десять. Потом они попросили горькую настойку и котелок зеленых щей.

- Проследите, чтобы они не колдовали, - посоветовала Пан. – Да, зеленые щи – отличная идея.

Подхватив со стойки розовое яблоко, она поспешила наверх. Лужу в коридоре затерли, но запах крови все еще висел в воздухе, тонкой пленкой облепляя лицо. Подняв повыше фонарь, Пан вгрызлась в сочный плод, изучая выскобленные доски пола. Хотелось бы знать, кому и зачем понадобилась такая бессмысленная и глупая демонстрация. Аромат яблока в какой-то момент перекрыл кровяной душок, Пан пожала плечами и потянулась за ключом.

В комнате было темно, но на этот раз она сразу же разглядела у окна четкий черный силуэт и облегченно вздохнула; вошла и поставила лампу на комод. Лис повернулся.

Пожалуй, это был удар под дых, потому что оборотень в обносках пугала выглядел весьма элегантно, как придворный на прогулке. Или, возможно, оливковый шел к его рыжим волосам больше, чем Пан – ее розовый шелк. Удобно устроившись на подоконнике, лис внимательно изучал ее, отчего-то особенно долго смотрел на мыски кожаных ботинок. Пан на секунду почувствовала, как нелепо выглядит, от этого порядком разозлилась и грубо спросила:

- Чего уставился?

- Ты где-то потопталась на пыли сомнения, причем – весьма паршивой.

Спрыгнув на пол, оборотень присел на корточки и провел кончиками пальцев по кожаному мыску. Когда он выпрямился, то оказался с шутовкой нос к носу. Протянув руку, лис пошевелил пальцами, словно хотел что-то продемонстрировать. Пан с некоторым опозданием догадалась сощуриться и взглянуть на мир под иным углом. Кончики лисьих пальцев мерцали, припорошенные какой-то пылью. С минуту посмотрев на этот блеск, оборотень и шутовка дружно чихнули.

- Б-будь здорова, - фыркнул лис, вытирая руку.

- Что это? – Пан присела на кровать и начала сосредоточенно вытирать ботинки останками бархатного платья.

- Пыль сомнения? Ее используют, чтобы посеять в человеке сомнения, неуверенность в себе. Деморализовать, в общем. Порошок из всяких травок: бриум, кадсура, illiciaceae…

- Чего? – Пан выпрямилась, глядя на обнаглевшего лиса. Тот явно был доволен произведенным впечатлением.

- Бадьян настоящий, - хмыкнул он. – По правде, порошочек сделан отвратительно. От него разве что мыши начнут мучаться сомнениями. Впрочем, Наризе никогда не давалось травничество.