Книга Лисьи Чары, страница 43 – Дарья Иорданская

Поднявшись на холм, шутовка заглянула в магазины. Торговали совершенно необходимыми товарами, вроде скобяных изделий и оцинкованных ведер, но ничего из одежды не было. Вздохнув, Пан пошла дальше, теребя пуговицы куртки. В конце концов, она решила, что лучше выставить напоказ кружево нижнего белья, чем задохнуться в этом тяжелом, горячем воздухе. Расстегнув несколько пуговиц, Пан расправила воротник, распрямила спину и сделала вид, что все идет, как надо. Глаза ее зорко выглядывали по сторонам. Конечно, шутовка никогда бы не опустилась до воровства, но при такой жаре не зазорно было что-нибудь позаимствовать у крестьян, тем более – для дела, угодного королю. Пан пришло в голову, что подобное использование его имени, вывело бы Злотана из себя, и она хихикнула.

На несчастье шутовки и удачу крестьян на растянутых у домов между столбами веревках почти ничего не сушилось. По крайней мере, ничего такого, что могла бы надеть приличная молодая горожанка. А нужно было еще думать об оборотне. Пан представила себе, как рыжий дуух будет выглядеть в растянутых на коленях бледно-серых рабочих штанах, но пока что только этой местью и удовлетворилась.

Единственным ее уловом – был уже полдень – оказалось огородное пугало, воткнутое посреди золотистого ячменного поля. Осторожно пробираясь между колосками, Пан приблизилась к пугалу и уважительно хмыкнула. На тощих плечах-палке висел поистине антикварный костюме, принадлежащий, наверное, еще к временам поздних Ловров, сшитый из добротной тонкой ткани оливково-зеленого цвета. Голова-мешок с намалеванной страшной рожей была просто памятником всему шутовскому цеху. «Магистру бы эта штука понравилась», - подумала Пан. Долго размышлять она не стала и незамедлительно разорила поле,успокоив слабые попытки совести напомнить о себе замечанием, что всегда можно попросить Рискла отвадить от местных полей и огородов птиц и насекомых. Вытряхнув из мешка солому, Пан вывернула его наизнанку, запихнула внутрь одежду и потуже затянула веревку. Очень хотелось бы знать, что подумают местные жители, когда увидят приезжую возвращающейся с полей с мешком на плече. На всякий случай Пан перевесила гильдейский знак с пояса на ворот куртки и пошла обратно к реке.

С Рыжанки дул горячий ветер, ероша ее волосы и превращая беспорядок на голове в нечто совсем немыслимое. Пан замерла на секунду с раскрытым ртом. На Лисьи Норы медленно и величественно шла багровая до черноты туча, поигрывая искрами молний.

- Вот черт! – охнула шутовка, подобрала юбки и припустила бежать.

Ливень обрушился на нее у церкви, больно ударив по лицу. Ветер рвал у нее из рук мешок, пытался содрать юбку. Низко нагнув голову, Пан понеслась вниз по склону, оскальзываясь и едва не падая. Нахлынувшая на деревню буря испугала ее, будучи чем-то чудовищным, колдовским и иррациональным. На порог гостиницы она ступила промокшая насквозь, стуча зубами, прижимая к груди сбереженный мешок. Коротко кивнув хозяину, Пан взбежала по лестнице и с третьей попытки попала-таки ключом в скважину замка.

Сначала ей показалось, что комната пуста. Было темно из-за навалившихся на деревню туч, резкие порывы ветра трепали холщовые шторы у раскрытого настежь окна. Бросив мешок на пол, Пан прошла через всю комнату и захлопнула створки. Только тут она заметила оборотня. Он лежал на постели, длинные рыжие волосы почти полностью скрывали его лицо, левая рука свешивалась вниз совершенно безвольно. На секунду у Пан екнуло сердце. Осторожно приблизившись, она села край кровати и медленно отвела пряди волос от лица оборотня. Потом рука метнулась к шее. Ощутив биение пульса, шутовка облегченно выдохнула.