Книга Погасни свет, долой навек, страница 62 – Дарья Иорданская

Тут Элинор не удержалась и вздернула брови. История с исчезновением – то ли бегством, то ли похищением – хозяйки приобретала все более гротескные черты. То это была мелодрама о несчастном покинутом муже, то страшный рассказ: след в гардеробной и на чердаке, странное чудовище в гостиной, дом… Элинор содрогнулась и усилием воли отогнала воспоминания о ночном приключении. Ничего не было, ничего. Тем более что теперь история Лауры Гамильтон начала походить на дешевую книжку о сыщиках или шпионах. Леди-сыщица, тайно расспрашивающая знатных дам, это определенно что-то новенькое.

– Я не думаю, – сказала Элинор наконец, – что мое присутствие в Салоне будет уместно.

– Вас никто не узнает там, – уверил Грегори. – Вы наденете платье Лауры, назоветесь ее дальней родственницей, какой-нибудь кузиной из… из Шотландии. Ваше любопытство никого не удивит.

Элинор покачала головой.

– Мне все-таки кажется, мистер Гамильтон…

– Грегори забрал из агентства ваши документы, – встрял Дамиан. – Включая письмо из лечебницы.

Элинор, сощурившись, повернулась к нему.

– Так все-таки это шантаж?

– Скорее подкуп. Один вечер, и письмо ваше. К слову сказать, Линор, вы ведь сами не безупречны, – неприятно улыбнулся Дамиан. – Вы не только подслушиваете, вы еще и врете. Почему вы сказали, что никогда не участвовали в спиритических сеансах своей тети? Апрель 1881 года, вызов духа мисс Найтингейл.

Эти воспоминания уже не сковывали Элинор холодом, не сводили все ее члены судорогой, но во рту неизменно появлялась горечь. С трудом сглотнув, она быстро облизнула губы.

– Потому что это не самый приятный опыт, сэр. И потому что я мало что из того дня помню. Хорошо, мистер Гамильтон, – Элинор повернулась к старшему из братьев, – я исполню вашу просьбу. Но больше никогда… Простите, мне нужно выпить чаю.

Тряхнув головой, она поспешно вышла из комнаты и направилась к служебной лестнице.

С приглашением на вечер леди Морроу вышла некоторая заминка. Грегори послал лакея справиться о суаре, и обнаружилось, что попасть на это сборище артистичных бездельников не так-то просто. Леди Алиса желала видеть у себя дома только избранных, какое бы значение в это слово ни вкладывалось.

Дома найти решение этой проблемы оказалось невозможно. Грегори, ходя по комнатам – так лучше думалось, – натыкался то на мрачную, поджавшую губы Элинор Кармайкл (и всякий раз, видя ее, испытывал жгучий стыд), то на брата, порывавшегося развить лихорадочную, кипучую и совершенно бессмысленную деятельность, а то на его странного юного спутника. Мальчик Грегори сторонился, но от этого не было легче. В конце концов, промаявшись час и так ничего и не придумав, Грегори решил отправиться в клуб. В его строгой, очень мужской атмосфере, лишенной суеты, всегда находилось решение самых сложных проблем.

Увы, не в этот раз, как с сожалением понял Грегори, столкнувшись в холле с лордом Д.

Д. был известная паскуда, сплетник и, поговаривали, шантажист. Впрочем, когда у тебя высокий титул и огромное состояние, это, наверное, называется по-другому. В Клубе его терпели по одной-единственной причине: предки Д. были среди его основателей. Только поэтому его не избегали. А может, и тут играли свою роль титул и богатство.

– Сочувствую вам, Гамильтон, – проворковал лорд Д., бросая на Грегори предвкушающие взгляды. Он загодя чуял отличное развлечение.