Книга Погасни свет, долой навек, страница 27 – Дарья Иорданская

Мисс Гудвилл покосилась на колокольчик, потом на столик и вспомнила, очевидно, что настоящие леди сами подают чай. По крайней мере так любила говорить мать Грегори: мужчину делают манеры, а женщину – домовитость.

– Сию минуту, мистер Гамильтон.

Мисс Гудвилл поднялась и направилась к столику. Стоило ей повернуться спиной, Грегори вскочил, выхватил из папки Элинор Кармайкл первые попавшиеся бумаги и затолкал за пазуху. И сел обратно, стараясь сохранять на лице самое невинное и невозмутимое выражение.

* * *

Отослав последнего собеседника, Дамиан поднялся, подошел к окну и осторожно выглянул в щель между плотными шторами. Солнце все еще заливало улицу, рождая контрастные тени, но уже остро ощущалось приближение вечера. День вышел одновременно насыщенный и бестолковый. Вернув штору на место, Дамиан медленно, держась за стену и борясь с головокружением, добрался до лестницы. И почему, скажите на милость, комната гувернантки должна находиться на самом верху?!

Отперев дверь, Дамиан несколько минут стоял на пороге, рассматривая обстановку.

– Вы очнулись? – спросил он наконец у идеально прямой – тут бы и неколебимая миссис Симпсон позавидовала – спины гувернантки.

– Вы заперли меня? – голос Элинор Кармайкл прозвучал сухо и без эмоций.

– Мне казалось, прекрасная Линор, у вас нет проблем с замками, – усмехнулся Дамиан.

– Не понимаю, о чем вы.

– Что вам все-таки потребовалось в спальне хозяйки, прелестная мышка? – спросил Дамиан, опускаясь на жесткий стул. – И уж тем более – в гардеробной?

Элинор Кармайкл поднялась с постели, прошла несколько шагов и остановилась возле окна. Пальцы ее коснулись шторы, и на пол легла тонкая полоска красновато-желтого цвета.

– Оставьте штору в покое, моя дорогая, и ответьте на мой вопрос, – попросил Дамиан.

Элинор обернулась и посмотрела на него, сощурившись.

– Дверь была распахнута настежь, мистер… Дамиан. – Она вновь сделала короткую, едва-едва уловимую паузу перед тем, как произнести его имя. – А так в этом доме не принято.

– Лаура всегда запиралась? – поинтересовался Дамиан.

– Миссис Гамильтон не любила открытые двери, – кивнула молодая женщина с достоинством. – Это так. И я зашла посмотреть.

– И что вы ожидали увидеть? Горничную с метелкой? Миссис Гамильтон? Еще какое-нибудь чудовище? – иронично спросил Дамиан.

Элинор Кармайкл странно дернулась, словно собиралась пожать плечами, но передумала.

– Я просто зашла в комнату, мистер… Дамиан, потом… услышала звук, шагнула чуть дальше и увидела след в гардеробной, и он показался мне странным. И я подумала, что мистер Гамильтон должен знать о нем.

– Почему?

Женщина все же пожала плечами, как-то робко, неуверенно, словно стыдилась этого проявления недоумения.

– Мне это показалось правильным, мистер… Дамиан.

– А каким вам показался след на чердаке?

Элинор быстро облизала губы и вновь отвернулась, словно пыталась спрятать лицо.

– Он выглядит странно.

– Словно след от ладошки эльфа? – хмыкнул Дамиан.

– Если вы в такое верите, – сухо отозвалась гувернантка. – Отец всегда учил меня, что в природе есть немало удивительного.

– В эльфов вы не верите?

– Я предпочитаю верить в вещи реальные, мистер… Дамиан, – ответила молодая женщина, оборачиваясь. Она снова дернулась, словно собиралась скрестить руки на груди, но воспитание опять победило. Элинор Кармайкл явно полагала такие жесты слишком вульгарными.