Книга Погасни свет, долой навек, страница 103 – Дарья Иорданская

Дамиан на это кивнул и заглянул в гостиную. Элинор стояла возле камина, кочерга в опущенной безвольно руке, и неподвижным взглядом смотрела на циферблат часов. И казалась удивительно беспомощной, незащищенной в своем помятом платье, которое, запылившись, утратило за минувшие сутки свою изумрудную яркость.

– Вам следует переодеться, Линор, – сказал Дамиан.

– Да что вы говорите. – Элинор кинула взгляд через плечо. – Все мои вещи, все, что у меня было, даже единственный отцовский подарок, остались под завалами дома.

Дамиан бросил на брата короткий взгляд.

– Завтра же отправляйтесь и купите себе что-нибудь, Линор. Мы оплатим.

Молодая женщина издала короткий сухой смешок, и запоздало Дамиан сообразил, как она должна к этому относиться. Как к очередному оскорблению. Пусть Элинор Кармайкл и не была такой сухой и чопорной, как ему показалось сперва, но явно не относилась к тому типу женщин, что живут за счет едва знакомого мужчины.

– Благодарю за щедрость, Дамиан. – В голосе Элинор прозвучал сарказм, и впервые она не сделала перед его именем заминку. – Полагаю, мистер Гамильтон все вам расскажет в подробностях. А я устала.

Она прошла мимо, обдав Дамиана запахом нагретого на солнце палого листа.

– И избегайте темных нарядов, прекрасная Линор, – не удержавшись, поддел ее Дамиан. – Не хочется, чтобы наша компаньонка выглядела точно образцовая учительница. Никогда, знаете ли, не любил учительниц.

– Постараюсь учесть ваши пожелания, Дамиан, – холодно отозвалась Элинор и вышла. Шаги ее стихли на лестнице.

Грегори проводил молодую женщину задумчивым взглядом.

– Ну надо же. Еще полчаса назад мисс Кармайкл была чем-то перепугана, едва не падала в обморок, и – на тебе.

– Что ж, я тоже могу положительно влиять на женщин, – улыбнулся Дамиан. – Какие-то еще подробности?

– Ничего, – покачал головой Грегори. – Тут тупик. Найтингейл мертв, тело его дочери так и не привезли в Англию. В доме новый жилец, кажется, ничем с Найтингейлом не связанный.

– Отчего он умер, кстати?

– От мелодрамы, – проворчал Грегори. – Увидел на континенте «нечто», слег и умер. Исходя из рассказа жены викария, это может быть что угодно, от проклятия до гриппа. Я попытаюсь найти его врача и завтра же займусь поисками этой миссис Гиббс.

– Давай, – кивнул Дамиан. – А я пороюсь в библиотеке. Надо бы вернуть мои книги… не заглянешь на вокзал, кстати? А я для начала посмотрю, нет ли в здешних томах упоминания подобных «чудовищ». Не может такого быть, чтобы никто из Гамильтонов о них никогда не слышал…

Дамиан потеребил мочку уха, пытаясь поймать мысль, и ухватил-таки ее за хвост.

– Точно! Дневники! Здесь, должно быть, только записки Квентина Преподобного, но я совершенно точно забрал из замка тетради, которые Катриона заказывала переписать и переплести. Не просто же так она это сделала, верно? Что-то должно быть в тех тетрадях. Забери мой багаж. – Дамиан ткнул в брата пальцем для пущей убедительности. – Идем, квитанция должна сохраниться у Франка.

* * *

В этот раз Грегори поднялся первый, едва только рассвело. Окна в гостиной были распахнуты настежь, пропуская тусклый свет осеннего утра, и одна из нанятых накануне горничных, блондинка, растапливала камин. Из ведерка с углем нахально торчала связка рябиновых веток. Увидев Грегори, девушка поднялась и присела в реверансе. В ее исполнении это выглядело как высочайшее одолжение, точно она не выражала почтение, а оказывала честь. Так королева подает руку для поцелуя.