Книга Озеро призраков, страница 59 – Рональд Малфи

Разговор приближался к нюансам гибели Илайджи. Меня охватил головокружительный восторг. (Позже, прокручивая беседу в голове, я возненавидел себя за это чувство.)

– Что именно тогда случилось? – спросил я, словно выстрелил из ракетницы в ночное небо.

– Никто за ним не присматривал, – просто ответил Айра. – Он играл на этой проклятой лестнице совсем один. Упал, разбил голову и утонул.

– Неужели никто ничего не слышал и не видел? – Конечно, прочитав статьи, я уже знал ответ, но логичней было спросить, чтобы разговор продолжался.

– Нэнси слышала, как он вскрикнул.

– Я слышала, как кто-товскрикнул, – поправила она.

Я спросил ее, что она имеет в виду.

– Вечерело. День был прохладным, и мы открыли окна. Я только начала готовить ужин, как услышала высокий… я даже не знаю… вскрик.

– Когда это было?

– Около половины шестого. Если я ужинаю позднее, мучаюсь животом.

– И вы не знаете, мальчик ли кричал?

– Честно говоря, тогда я вообще не обратила на это внимания. Как вы скоро узнаете, летом у озера довольно шумно – звери, птицы, играющие дети. Можно даже услышать шум шоссе на другом берегу. Звук отражается от воды в прохладные ночи, и помоги нам бог, когда гагары устраиваются на ночлег. Озеро искажает звуки, делает их громче, изменяет. Вы думаете, что шум идет слева, – а на самом деле он в четверти мили от вас, за соснами на другом берегу.

– И когда вы поняли, что кричал Илайджа?

– Думаю, после того как полицейские заглянули к нам и спросили, не слышали ли мы чего-нибудь странного, – ответила Нэнси. – Я долго думала и сказала, что слышала, как кто-то вскрикнул, а может, мне показалось. Никогда не утверждала, что это был ребенок, – быстро добавила она, и внезапно я осознал, что бедная женщина многие ночи провела без сна, обдумывая случившееся. – Важно, чтобы вы это поняли.

– Я понимаю, – ответил я. – Кто-нибудь из вас видел Илайджу тем вечером?

– Я, – сказала Нэнси, словно признаваясь в ужасном преступлении. Она выглядела жалко. Побледнела как снег. Я подумал, что если она уколет себя иголкой, то кровь, наверное, не потечет. – Я гуляла с Фаунтлероем у озера чуточку раньше. Илайджа забирался на лестницу и нырял с нее, как с трамплина. Помню, что покачала головой – мне это показалось опасным.

– Под водой остатки лодочного пирса, – вмешался Айра. – Если нырнуть слишком глубоко, можно разбить голову.

Он скорчил гримасу, говорившую, что его дурное предчувствие насчет плывущей лестницы стало реальностью.

– Летом мы всегда прогоняли оттуда детей.

– А вы что-нибудь видели или слышали, Айра?

– Это был рабочий день. Я вел последнее занятие в колледже.

– В котором часу?

– Урок заканчивался в шесть пятнадцать. Пришлось заскочить в кабинет и забрать свои вещи, а уже потом ехать… – Он обдумал сказанное и уточнил: – Наверное, до дома я добрался часам к семи.

Я поразмыслил над этим и снова повернулся к Нэнси.

– Илайджа играл один, когда вы его увидели? В воде больше никого не было?

– Да. – Она понизила голос, как сплетница, и добавила: – Другие дети с ним не водились.

– Почему?

Впервые за весь разговор Штейны промолчали. Нэнси смотрела в кружку, над которой больше не поднимался пар. На секунду я испугался, что она снова уйдет на кухню.

Внезапно Айра проговорил:

– Давай. Расскажи ему о собаке.