Книга Убийство в час быка, страница 36 – Ирина Градова

– Чем били?

– Тупым тяжелым предметом – скорее всего, битой. Но не только: добивали, скорее всего, ногами, а переносицу сломали чем-то вроде кастета. Однозначно вот что: беднягу избивали методично и хладнокровно!

– Может, просто палкой? – предположила Лера.

– Древесина дорогая! – фыркнул судмедэксперт. – И полированная: я почти уверен, что это была именно бита. Избивали жертву методично и хладнокровно.

– То есть ставили целью убить?

– Да.

– Вы можете сказать, бил один человек или…

– Скорее всего, один: удары наносились с примерно одинаковой силой сверху вниз, что позволяет сделать предположение о росте злодея: выше ста семидесяти сантиметров, в то время как убитый как минимум пятью-семью сантиметрами ниже.

Весь путь по длинным, извилистым коридорам Лера и Пак проделали в молчании: разговор с судмедэкспертом и осмотр трупа оставили тяжелое впечатление, и девушка, которая до визита прокурора планировала перекусить, чувствовала, что в ближайшее время ей вряд ли кусок в горло полезет.

– Могу я спросить, почему вы задавали такие вопросы? – спросила она, понимая, что ей бы и в голову не пришло копать настолько глубоко и дотошно – во всяком случае, на этом этапе.

– Вы о непосредственной причине смерти жертвы? – перебил Пак, уловив суть раньше, чем его спутница закончила фразу.

Лера кивнула.

– Вы следователь, а я – прокурор, и у нас с вами разные задачи. Ваша – довести дело до суда, а моя – до справедливого приговора. Во время процесса, при наличии у обвиняемого хорошей защиты, адвокат попытается доказать, что, даже если преступление совершено подсудимым, то он не имел намерения убить – просто так вышло. В ход пойдет все: опьянение, принятие лекарственных препаратов, психо-эмоциональное состояние, медицинские карты убийцы и жертвы и так далее. Когда я стою перед судьей или присяжными, я должен быть на сто процентов убежден, что жертву убили, что она не умерла от других причин, которые могут повлиять на окончательное решение.

– Что вы скажете дочери?

Пак затормозил так неожиданно, что Лера едва не налетела на него сзади. Может, вопрос показался прокурору неуместным?

– Дочери? – медленно переспросил он.

– Ну, вы же занялись этим делом только ради нее – похоже, она сильно переживает, а тут такое…

– Вы правы, – кивнул он. – Я должен все ей рассказать… Точнее, должен подумать, чторассказать!

Лера поняла, что он имеет в виду: конечно же, описывать девочке-подростку во всех красках ужасы, которые убийца творил с ее преподавателем, вряд ли стоит, а значит, нужно придумать, как донести до нее суть случившегося, не подвергая ее психику слишком тяжелому испытанию.

– С чего вы планируете начать? – спросил Пак, когда они подошли к КПП: Лера оставалась, а прокурор отправлялся по месту службы.

– С проверки камер видеонаблюдения поблизости от места преступления, – ответила она. – По правде говоря, этим уже занимаются: думаю, к вечеру будет результат. Затем поговорю с коллегами убитого: все-таки странно, что никто, кроме студентов, не всколыхнулся из-за отсутствия пожилого преподавателя! Он одинок, и на кафедре, как и в отделе кадров, об этом должны знать, а ведь у него могли быть проблемы со здоровьем, ему могла понадобиться помощь…

– Знаете, Юля, дочка моя, кое-что странное сказала, когда просила найти Леонова. Тогда я не придал этому значения, но теперь…