Книга Ненадежный свидетель, страница 116 – Мария Скрипова

– Готов, красавчик, или тебе еще время дать? Девочка подождет. Кто знает, может, ей там понравилось, уходить не захочет. Эта неустойчивая детская психика – одни проблемы, – показывается из-за угла язва. Только вспомнишь! Ну и кто она после этого? Те же кожаные брюки, курточка, ботфорты. И когда она успела все это отстирать? – Парк оцепили, там нам не спуститься.

– И не нужно. – Открываю карту. – Ветка проходит прямо под нами. Канализация за соседним гаражом, люк я вскрыл.

– Макаров, ты меня удивляешь! Люблю мужчин, которые все берут в свои руки, – ехидничает. Нет смысла отвечать. Спускаемся.

Здесь запах менее едкий, отсутствие общественного туалета спасает. Или я успел освоиться, не знаю, сколько мы уже так идем. За последние дни тело свыклось с тем, что приходится выкладываться на максимум. Люди – удивительные существа, способны привыкнуть к чему угодно. Гедонистическая адаптация. Залог выживания, как бы погано ни звучало. Человеческая психика уникальна, мы способны приспособиться к самым неблагоприятным условиям, лишениям. Учимся терпеть с самого детства. Вопрос в другом. Стоит ли? Должно быть, да. Разве бывает у кого-то иначе? Но если не пытаться хоть что-то изменить, так и застрянешь в трясине безнадежности.

Молчание напрягает, вопросов слишком много. Не уверен, что в этот раз получу ответы. Впрочем, если я действительно хочу попытаться не только спасти малышку, но и взять опеку над чудовищем, стоит попытаться.

– Чем вы питаетесь? – задаю вопрос. Никакой реакции. – Фотосинтез, к примеру? – предполагаю самый безобидный вариант. Даже не повернулась. Нужно ее растормошить. – Вы плотоядные или травоядные? Может, сено или трава. Ну же, говори, не воды в рот набрала! Ваш вид должен что-то есть. Кровь, мясо, сердца!

– Младенцами. Мы питаемся маленькими розовощекими сладенькими младенцами. – Резко останавливается, на меня вылупилась. – Отказничков из роддома поставляют. Одного на неделю хватает. Косточек не остается. Все в плюсе, детские дома не переполнены, монстры сыты. – Замираю. Шок. Все что угодно предполагал, но до такого не додумался. Стоп. Ерунда. Исчезновение новорожденных не могло бы остаться незамеченным, не в Средневековье живем. Как я допустил, что это может быть правдой? Крыша едет со всем этим безумием. – Ты же это хотел услышать! К чему вопросы, Макаров?

– Хочу знать, с кем имею дело. Ты жила среди людей, приспособилась. Это означает, что мы не такие разные и можем существовать в симбиозе.

– Черт возьми, Макаров. – В глаза смотрит. Поняла, кажется, или мысли прочитала. – Только не говори, что ты здесь не затем, чтобы найти девочку! Ты вернуть дочь хочешь? Так и есть… Мы возвращаемся, это бесполезно! Так ничего не выйдет.

– Почему не выйдет? – За руку хватаю. – Послушай меня. Пять лет назад ты хотела уехать со мной, просила помочь. Я не послушал, но сейчас… Я готов. Мы уедем. Ты, я и Люся. Подальше от людей, от города. Нас не найдут ни твоя стая, ни полиция. Я смогу о вас заботиться, кормить. Но для этого я должен знать о дионеях больше.

– Гриша, Гриша, – вздыхает, по щеке моей ладонью проводит. – А как же твоя жена? Егорка. Ты любишь их, но готов пожертвовать всем ради парочки мифических чудовищ? В чем-то док был прав, с головой у тебя действительно не все в порядке.