Книга Грани безумия, страница 168 – Мария Скрипова

– Григорий Константинович? – удивленно произносит док, протирая заспанные глаза. Домашний голубой халат, тапочки и взъерошенные волосы. – Вы немного рано, если не ошибаюсь, у нас с вами назначена встреча на 9:00 в больнице. У вас что-то случилось?

– Ты все знал, все это время, – смотря в глаза, произношу, сжимая папку в руках. – Ты знал, кто забрал мою малышку. Геката… Знакомое название?

– Павел Степанович, – открывается соседняя дверь. Крупный мужчина в трусах и майке выглядывает из своей квартиры. – У вас все в порядке, вызвать полицию?

– Извините, что разбудили, Артур, это будет лишним, все в порядке. Это мой пациент, – улыбается док, жестом приглашая меня пройти. – Григорий Константинович, заходите, время пять утра, давайте не будем пугать соседей.

Прохожу за ним в квартиру, замирая как истукан в широком проеме перед кухней. На окне цветок – венерина мухоловка, другими словами – дионея. Сердце на мгновение останавливается, продолжая колотиться в бешеном ритме. Я раньше не был здесь, не мог знать… Зачем ему этот цветок. Он одержим мной, точно одержим…

– Чай, кофе? – словно ничего не произошло, произносит док, ставя на газовую плиту чайник. – Думаю, вам лучше чай, а я выпью кофе, признаться, для меня это слишком ранний подъем. Вам одну или две ложки сахара?

– Не делайте вид, что не понимаете, – рычу.

– Григорий Константинович, присаживайтесь, не стойте. В ногах правды нет. У меня есть очень вкусное печенье с джемом, будете? – произносит, ставя на стол две горячие кружки. Мотаю головой. – Григорий, я действительно не совсем понимаю, о чем речь.

– Что же, Павел Степанович, тогда позвольте мне пояснить… Я все думал, как же я сбежал из психушки в прошлый раз. Кодовые замки, изолятор с таким удачным расположением…

– Если я не ошибаюсь, вам помогла карта санитара.

– Да, карта Клюева, именно того человека, который похитил всех этих детей, – смотрю прямо в глаза. Ноль реакции – этот человек социопат, как я раньше этого не замечал? – Удачно, не находите?

– Боюсь, я не совсем понимаю, к чему вы клоните.

– Вы подбросили мне эту карту, вы определили меня в восьмой изолятор рядом с выходом. Клюев наследил, он вышел из-под контроля, рано или поздно он бы попался и мог рассказать очень многое. Вы сделали ставку на меня, знали, что я убью этого человека, не дам его схватить, ведь это именно вы указали мне место, где его искать, надеясь, что всю грязную работу за вас сделаю я…

– Занятная теория, – отвечает. – Григорий Константинович, я понимаю, сделать главным антагонистом всей этой истории вашего лечащего врача – удобный сценарий. К моему сожалению, пациенты зачастую считают нас злодеями.

Бросаю черную папку на стол, открывая список. Окунев надевает очки, внимательно изучая содержимое.

– Знакомые имена? – спрашиваю после пятиминутного перерыва, когда он уже перелистал несколько страниц. – Марк Львович. Именно с ним вы говорили в кабинете о проекте «Геката», перед нашим с вами сеансом.

Он молчит. Его пальцы медленно скользят по бумаге, затем он отрывает взгляд, со снисхождением смотря на меня.

– Марк Львович – наш спонсор, он уже очень давно помогает больнице и нашим пациентам. Но не могу не отметить, это достаточно любопытные материалы, которым место в полиции. Откуда у вас эта папка?