Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Норвудское дело, страница 172 – Евгений Бочковский

– Но вы же сказали…

– Это долго объяснять, но я попробую.

– Сделайте одолжение.

– Видите ли, инспектор, не знаю, осознали ли это у вас в Скотленд-Ярде… Всё же вовремя учуять дух новых веяний дано далеко не каждому…

– Новые веяния? – с неподдельным любопытством смотрю я на него. Честное слово, иногда я благодарен этому чудаку за подобные развлечения. – Буду признателен вам, доктор, если вы просветите меня. Всегда рад поучиться чему-нибудь.

– В общих чертах. По нынешним временам, инспектор, и это надо четко понимать, реагирование на просьбу клиента есть запоздалый ответ на изменение ситуации. По сути, это поражение, ибо что-то преступное уже произошло, коль человек бежит к нам с жалобами. Мы с Холмсом разработали метод, позволяющий путем преждевременного сбора информации…

– Вы имеете в виду заблаговременного? – поправляю я его. – Превентивного, так?

– Можете смеяться над этим сколько угодно, но ничего примитивного в этом нет, – холодно осаживает он меня. – Попробуйте-ка сами таким вот образом, как я уже сказал, путем такого вот сбора информации на раннем этапе…

– Понятно, – киваю я. – Одним словом, вы с помощью вашего нового метода предвосхищаете попытки преступников совершить хоть что-нибудь незаконное. Особенно массовые убийства.

– Именно.

Я вынужден признать, что такой метод означает прорыв в криминалистике, не уточняя, в какую сторону. Но сейчас, если доктору так трудно усидеть без дела, у меня для него таковое есть. Я говорю это, всё так же поглядывая на торчащие из таза ноги. Он вынимает из воды босую стопу и чешет между пальцами. Видимо, и в самом деле трудно усидеть. Я не просто продолжаю смотреть на это. Я просто-таки не могу оторвать от такого зрелища глаза. Кто бы мог подумать! Давно это с ним? С детства, неохотно признается он. Невольно я проникаюсь чем-то вроде сочувствия. Наверное, над ним немало смеялись в свое время. Мне же этого отнюдь не хочется. Более того, сейчас, когда он мне явил себя всего, я готов если не в корне поменять о нем мнение, то уж точно проявить живейшую благодарность. Только не знаю как. Впрочем, это лишнее, потому что кое-что всё же поменялось. Волшебный день! Препоны исчезают одна за другой, но я вынужден усмирить радость и взять себя в руки. Теперь, когда и этот пунктик встал на место, мне тем более необходима его помощь. Не откажет ли он в любезности прогуляться со мною? Доктор растерянно моргает. Променад с инспектором Скотленд-Ярда? Нет, не по парковой аллее и не по набережной. Меня интересует маршрут, которым они прошли с собакой до причала за Броуд-стрит. Вся соль в том, что его нужно повторить в точности, не отклоняясь ни на ярд в сторону на всем протяжении пути.

– От самого Норвуда?! – ахает доктор.

– Зачем же, – успокаиваю его я. – Вы, кажется, упоминали о заминке с собакой на Найтс-плейс, не так ли?

– Да. Нам показалось, что Тоби опять потерял след. Или подумывает вновь вернуться к себе.

– А потом он свернул в сторону Броуд-стрит?

– Именно так, инспектор.

– Значит, с Найтс-плейс и начнем.

После того как мы всё обсудили, отказываться поздно. Хотя, кажется, он еще ищет зацепку, поэтому, чтобы лишить его такой возможности, я ухожу дожидаться на улицу. Через десять минут мы отъезжаем. По дороге он не удерживается от скепсиса. И что это я собираюсь делать? Холмс проверил тот район досконально, мне ведь должно быть известно, как он трепетно относится к каждой мелочи.