Книга Другой Холмс, или Великий сыщик глазами очевидцев. Начало, страница 18 – Евгений Бочковский

Меня охватил ужас. Пока я, застыв на месте и нервно покусывая кончик шашки, гадал, в сознании ли Холмс, мисс Адлер, добрая душа, не растерялась и распорядилась, чтобы слуги занесли раненого в дом.

Я остался снаружи, и все мои мысли вертелись только вокруг этих двоих, ни о чем другом я больше не мог и думать. Эта девица никак не хотела подстраиваться под наши планы, что не могло не вызывать раздражение. Что, скажите на милость, теперь делать? Как спасать от неприятностей того, кто не только избежал их, но и странным образом навлек на спасителя? Стоит ли возиться дальше с таким человеком, не лучше ли переключиться на того, кто уже пострадал за свое благородное намерение защитить от беды такую неорганизованную женщину?

Наступал черед второго этапа нашего плана, но я колебался, потому что не мог сообразить, в действии ли он всё еще, пусть и с некоторыми изменениями, или полетел ко всем чертям. Холмс никогда не отменял задуманного и приучил меня к своей твердости, которая передавалась мне от одного только вида его несгибаемого профиля. В то же время я отдавал себе отчет в том, что никогда еще на моей памяти этот великолепный профиль не подвергался такому испытанию. Возможно, он уже приобрел изгиб, во всяком случае по тому, как он выглядел, когда его вместе с хозяином заносили в дом, можно было допустить, что задуманное напрочь вылетело из головы Холмса, даже не успев отмениться. Даже если Холмс помнит, что в запасе для строптивой девушки припасено еще одно бедствие, позволят ли ему его повреждения хотя бы избежать его распространения на него самого, не говоря уже о спасении мисс Адлер? Поймет ли он в своем нынешнем состоянии, что вряд ли стоит брать на руки девушку только для того, чтобы залить ее собственной кровью с ног до головы и тут же рухнуть вместе с нею? Кроме того, я могу помешать и мисс Адлер, если в данную минуту она занята спасением Холмса. Точнее, мог бы, если бы кто-нибудь открыл окно. Интересно, если постучать и попросить об этом перед тем, как бросить шашку… Ладно, допустим, я ее брошу. Способна ли завязаться пылкая страсть, если мисс Адлер вынесет Холмса на руках? Обилие неразрешимых вопросов парализовало меня. Я осторожно пробрался к окну и заглянул в него. Увиденное подтвердило мои самые мрачные опасения. Слуги, да и сама хозяйка, метались по гостиной так, как это редко бывает при обычном визите. И хоть из-за их суеты мне не удалось рассмотреть того, кто лежал на софе и чья нога всё время конвульсивно подергивалась, меня охватило гнетущее подозрение, что я знаю, чья это нога.

Прошло немало времени, когда я наконец отбросил последние сомнения. Решено значит решено. Брошу шашку прямо в закрытое окно. Звон стекла, рассуждал я, создаст еще большую неразбериху, и на этом тревожном фоне поступок моего друга при удачном стечении обстоятельств будет смотреться только выгоднее. Я вдруг страшно занервничал, потому что, будучи образцом законопослушности, никогда не совершал даже мелких проступков в отношении порядка. Рука с шашкой отказывалась начинать замах, я бесконечно озирался, хотя уже почти стемнело и никого поблизости не было. Продолжая оглядываться и почти не целясь в сторону окна, я кое-как заставил себя сделать бросок. Удивительно, как я не промахнулся. Еще удивительнее то, что шашка так и не влетела внутрь.