Книга Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа, страница 251 – Евгений Бочковский

* * * * *

Но самое удивительное, как рассказывал Берджесс, ему пришлось наблюдать, когда вся эта история уже закончилась. Однажды, примерно через месяц он прогуливался в погожий денек по городу и, бросив взгляд в открытую дверь какого-то кафе, увидел Фаринтоша, пьющего кофе в компании… с Армитеджем! Не стесняясь присутствия Перси, Берджесс едва ли не за шиворот вытащил Филли из-за столика и выгнал на улицу для разговора. Он хотел знать, что это, черт возьми, значит.

– Представляете, после всего, что случилось, они снова сделались приятелями! – подвел итог своему рассказу Берджесс. – Армитедж, видите ли, все ему объяснил. Во всем виноват, конечно, коварный ювелир. Он, дескать, обманул их обоих, а Армитедж – наивная душа – точно так же, как и Фаринтош полагал, что будут заменены лишь два камня.

– Как же он объяснил Фаринтошу размер своего вознаграждения? – удивился я. – Ведь его куш, как я понимаю, не вписывается даже в приблизительные расчеты.

– Запросто. Сказал, что никакой это не куш, и что он получил эти деньги от отца.

– Странное дело. Когда я разговаривал с Фаринтошем, он меня заверил, что порвал с Армитеджем навсегда. И мне показалось, что он говорил искренне.

– Вам не показалось, так и есть, – подтвердил Берджесс. – Дело в том, что я после того, как увидел их вместе, решил поглядывать за ними. Из опасений, как бы сына вновь не склонили поиграть с безделушкой матери. Но скоро их дружбе и впрямь пришел конец. Ссора вышла крупная, говорят, едва до смертоубийства не дошло, так Фаринтош рвался задать взбучку приятелю.

– Что же произошло?

– Я навел справки. Оказывается, Армитедж соблазнил одну девицу, ну и…в общем, грязно с нею обошелся. Фаринтош вскипел и… короче говоря, на сей раз разрыв вышел окончательный. Армитедж вскоре после этого исчез из Рединга.

– Любопытный малый этот Фаринтош. Гнусность в отношении себя он проглотил, а за другого решил вступиться. Может, она была его невестой?

– Нет, – уверенно отверг Берджесс мое предположение. – Она из простых. Семья бедная, а миссис Фаринтош с ее мечтами скорее простит сыну повторную кражу тиары, чем такой брак. Да и закончилось все давно, а Фаринтош по-прежнему холостяк.

– И что с этой девицей?

– Не знаю. Она работала на почте, но была вынуждена уйти. Слухи в таких тесных местечках, как Рединг…, – Берджесс с кислой усмешкой покачал головой. – В общем, мне неизвестно, что с нею стало.

Закончив свой рассказ, он поинтересовался, что заставило меня заняться этим делом. Я все еще находился под довольно таки противоречивым впечатлением от услышанной истории. Разумеется, мне, как полицейскому, претила тактика, согласно которой никто не понес реального наказания за столь серьезное преступление. Поэтому без обиняков, но и не раскрывая подробностей, я дал понять Берджессу, что, если мои предположения по другому делу подтвердятся, история с тиарой Фаринтош станет наглядным примером того, как одно преступление, вследствие излишней снисходительности привело очень скоро к другому, более тяжкому. Я понимал, что он был вынужден действовать, прежде всего, в интересах своего клиента. Это только лишний раз подтверждало однобокость, если не сказать порочность применения частной инициативы в деле криминальных расследований. Даже он, еще в недавнем прошлом полицейский, успел перенять это мировоззрение, превратиться в кого-то вроде адвоката, чего уж говорить о личностях вроде Холмса, куда менее профессиональных и принципиальных!