Книга Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа, страница 196 – Евгений Бочковский

Из дневника доктора Уотсона

Окончание записи от 14 апреля 1892

Упомянутая закусочная отыскалась быстро. Из страха, что, Лестрейд вытянет из меня все вплоть до невинных тайн детства, если наш обед затянется, я попросил подать мне что-нибудь из готового, и инспектор присоединился к моему заказу. Пока подогревалось вчерашнее жаркое, инспектор понемногу приступил к тому, чего я так опасался. Трюк с письмом четырехлетней давности не выходил у него из головы.

– Кстати, а Холмс ответил на него?

– Кому? Миссис Фаринтош?

– Ну а кому же. Он же полагал, что оно от нее, не так ли? Как и вы до сегодняшнего дня. Насколько я могу судить из того, что прочел, оно до такой степени переполнено восторгом, а по вашим словам и деньгами, что не черкнуть в ответ хотя бы пару строк было бы просто не вежливо.

Слова Лестрейда заставили меня задуматься. Действительно, странно, но раньше мне это не приходило в голову. Я четко помнил, что миссис Фаринтош написала Холмсу (вернее, не миссис и не Фаринтош, как теперь выяснилось, но для простоты буду звать автора письма так); помнил во многом из-за того, что несколько вечеров подряд у нас превратились в литературные вечера, то есть прошли за чтением вслух этого опуса. Но я совершенно не мог вспомнить, чтобы Холмс откликнулся на послание этого кого-то другого вместо миссис Фаринтош (наверное, хватит уже мне на этом заострять внимание) не обязательно таким же бурным, но хоть каким-нибудь ответом. Могло ли быть так, что Холмс сделал это, не поставив меня в известность?

– Так как? Был ответ?

– Откровенно говоря, не знаю. Но по тому, как Холмс отнесся к этому письму…

– Как к должному?

– В общем, да. По сути, это и был возврат долга. Запоздалый. Его больше удивляло, что ей понадобилось столько времени на осознание его правоты.

– То есть скорее, нет? – резюмировал Лестрейд и, видя, что возразить мне нечем, продолжил: – Может, потому он и не стал отвечать, что отвечать было не на что…

– Что значит, не на что?

– Ну, или не кому. В самом деле, не отвечать же самому себе. Это как-то уж слишком даже для вашего друга.

– Вы намекаете, что письмо от миссис Фаринтош написал Холмс? – будучи не в силах поверить в такую безумную мысль, я обратился взглядом за подтверждением к инспектору и, увидев его кивок, пришел в негодование. – Значит, отвечать самому себе на письмо самому себе, на ваш взгляд, как-то уж слишком, а ограничиться одним лишь письмом самому себе – это, по-вашему, вполне нормально?

– В некотором смысле, да. Насколько я правильно вас понял, это происшествие имело место на заре вашей дружбы с Холмсом.

– Да. Мы тогда только-только поселились вместе.

– Он предлагал вам сделаться его помощником?

– Кажется, да.

– И что? Вы сразу согласились? Или подумывали?

– Точно уже не помню. Скорее, второе. Да, некоторое время у меня ушло на…

– Вот я и думаю, не пришло ли ему в голову, так сказать, обратить вас в свою веру, – хихикнул Лестрейд, пояснив мысль в своей циничной манере. – Для чего, согласитесь, впечатляющий отзыв от растроганного клиента пришелся бы весьма кстати.

На это я возразил, что конечно могу проверить специально для него, написано ли письмо почерком Холмса, только это ведь в любом случае никак не объясняет то, что мы совсем недавно обсуждали в обществе одной особы, и о чем инспектор должен знать и без моей подсказки. А именно, из рассказа мистера Дойла и показаний Холмса.