Книга Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа, страница 186 – Евгений Бочковский

– Я никому не рассказывала о своей истории.

– У вас есть еще вопросы к доктору Уотсону? Если нет, я провожу его, а потом вернусь, и мы продолжим.

– Не вижу, чем вы можете мне помочь.

– Зато я нуждаюсь в вашей помощи, мадам. Всего парочка вопросов.

Вот так запросто, прознав все о наших разногласиях с миссис Фаринтош, Лестрейд выставил меня, не дав нашей стороне обзавестись подобной же осведомленностью насчет его дел с той же персоной. И все же я не мог не испытывать к нему благодарности, которую и выразил сразу же, как только немного ватные ноги вынесли меня за порог негостеприимного дома. Хитрый инспектор немедленно воспользовался тем, что я расчувствовался, и перешел к столь нужному ему сближению.

– Если вы не против, доктор, пойдемте куда-нибудь пообедаем. Я тут приметил, пока мы ехали, одну вывеску.«Ощипанная индюшка», или вроде того. Судя по запахам, которые уловил мой нос, вряд ли это ратуша или аптека.

Я хотел было ответить, что на индюшек, даже полуготовых, у меня абсолютно точно нет времени, но после общения с миссис Фаринтош у меня разыгрался такой аппетит, что я лишь поинтересовался, не попадалась ли ему по дороге вывеска посущественнее. Что-нибудь насчет изжаренного кабана или запечённого лося.

– Немудрено, – рассмеялся Лестрейд. – От такой-то мегеры. А ведь меня еще ждет продолжение!

Из записей инспектора Лестрейда

12 апреля 1892

– Сработало?

– Со второго раза. Не в вашей компании, шеф, – уточнил я, чтобы не лишать его покоя.

Повторный визит в «Импириан», как я и ожидал, не вызвал проблем. Как только я заявил, что мне известно о незадавшейся службе младшего Армитеджа в компании, управляющий сдался. Разумеется, никто не собирался водить полицию за нос, но теперь-то, когда инспектору все известно, их, то есть тех, кто все же это делал, тоже можно понять, не правда ли? Любой на их месте постарался бы замять такую историю. Единственное, на что решился смирившийся руководитель, состояло в просьбе в обмен на его откровенность по возможности избежать разглашения в суде подробностей деятельности бывшего страхового агента, или же, если без этого никак не обойтись, хотя бы не упоминать в показаниях имя компании.

– Как он оказался у них? – спросил Бартнелл.

– По рекомендации. Не то чтобы в Лондоне имя старшего Армитеджа имеет такой уж вес, однако все ж таки он довольно крепкий делец. Никто не возражал против того, что у них будет работать его сын.

– Как он себя проявил?

– Больше в качестве проповедника своего жизненного кредо. Но как агент – не важно. Договор с Ройлоттом – его первая серьезная сделка.

– Как думаете, полис действительно не существует, или они хитрят?

– Темная история. Как мне объяснил управляющий, по правилам компании договоры после закрытия хранятся в течение пяти лет, но здесь случай особый, так как полис был аннулирован в связи с нарушением условий его заключения, так что он мог отправиться в корзину сразу же, как только все вскрылось.

– Мог или..?

– Яснее выразился один из клерков, попросивший на него не ссылаться. Дело в том, что экземпляр договора, принадлежащий «Импириан», исчез сразу после того, как компания и мисс Стоунер пришли к соглашению. Тогда же возникло подозрение, что его выкрал Армитедж. Это было одним из оснований для его увольнения. В точности весь текст сейчас не восстановить, но мне обещали привлечь сотрудника, который в то время его курировал. Будем надеяться, что основное содержание хотя бы в общих чертах он вспомнит.