Книга Другой Холмс. Часть 3. Ройлотт против Армитеджа, страница 172 – Евгений Бочковский

Несмотря на то, что мое самолюбие было немало задето как самим уничижительным мнением Элен о продуктах моей деятельности в Сток-Моране, так и тем, что она так запросто им поделилась со своим женихом, предполагая смехом надо мною прогнать страхи этого слюнтяя, я все ж таки не мог отделаться от ностальгии, вызванной тем, что вновь очень скоро увижу Сток-Моран. И его обитателей, следовало бы добавить. Сам по себе дом, пустой без людей, не способен поселиться в сладких уголках памяти, если сердце не проникнется признательностью к людям, ставшим близкими по тем или иным причинам. Джулии уже нет. Ройлотт так и не сделался мне хоть сколько-нибудь приятен. Так что же влечет меня туда? Память об умершей? Или желание снова увидеть Элен? Или и то, и другое? Второе вступало в серьезное противоречие с нашими планами действовать скрытно. Предполагалось (во всяком случае, Холмсом), что мы разберемся, что к чему, поймаем эту чертову гадину, получим необходимые улики, или как там принято у сыщиков (все-таки я только вступал на этот неизведанный путь), и… Что дальше? Мы так же тихо уберемся оттуда? Но Ройлотта следует призвать к ответу. Мало заключить под арест исполнителя, попробуй добейся потом от змеи признания, что ее подослал доктор Ройлотт! Только сейчас я понял, что не знаю толком, знает ли толком Холмс, какие действия предстоит нам совершить помимо влезания в открытое клиентом окно. Возможно, он задумал куда более решительную тактику, чем тихое сидение в темноте в ожидании свиста. Хозяин однажды указал мне на дверь при более мирных обстоятельствах. В дневное время, когда я был его гостем. Можно только гадать, какая сцена разыграется сейчас. Хорошо, что Павлик мирный, и что его нельзя натравить на непрошенных гостей, как собаку. В любом случае, поднимется грандиозный скандал. Такой, после которого письма с извинениями и чеком не дождешься. Но главное, при таком раскладе мое горячее желание увидеться с Элен может натолкнуться на ее такое же сильное желание не увидеться со мною. При таких обстоятельствах, когда психиатр Уотсон посреди ночи влезает в окно одной из спален (по счастью, не ее собственной!) и при том, что в доме уже не осталось безумцев, ее скепсис вполне можно будет понять. Хватит ли ей самообладания поверить, что мы действуем в ее же интересах?

Словно прочитав ход моих мыслей, Холмс прервал его неожиданным вопросом:

– Ватсон, вы считаете себя знатоком женщин. Как выдумаете, что представляет собою невеста этого типа?

– Невесты такого типа встречаются нечасто, – охотно отозвался я, так как действительно мало встречал женщин, похожих на Элен. – Вообще, этот тип невест довольно редко становится невестами в силу своего…

– Вы меня не так поняли. Под типом я подразумеваю этого субъекта, Армитеджа. Соответственно, меня интересуют не невесты всевозможных типов, а конкретно эта Элен Стоунер. Как, по-вашему, чью она займет сторону в случае конфликта? Сами видите, ее жених нам не помощник.

Как меня подмывало успокоить его, что в том самом «случае чего» перед нею есть кому замолвить за нас словечко! Успокоить, если б я верил сам, что это возымеет нужный эффект.