Книга Клан, страница 77 – Кармен Мола

– Я все равно не могу. Мне нужно быть здесь из-за Гальвеса. Но я боюсь, что Мириам направит расследование по ложному пути, а еще… я до сих пор не знаю, что заставило Сарате поехать в Либерию, хотя какая-то связь здесь, безусловно, есть.

– Сколько бы они тебя ни отстраняли, для Ордуньо и Буэндиа ты остаешься шефом. И для Рейес. Бедняга, наверное, с трудом переварила все, что произошло.

Элена рассказала Марьяхо о разговоре с Рейес. Она решила, что нет больше смысла скрывать информацию от коллег, потому что если кто и мог помочь ей разобраться с Кланом, то только они – не столько ее подчиненные, сколько родная семья.

– Послушай, Элена, Сарате – он как кот. Всегда приземлится на четыре лапы. Вот увидишь, явится такой же самодовольный, как всегда. Должна признаться, что никогда не понимала твоего дурного вкуса в выборе мужчин. Сначала Абель. Сама посредственность.

– Он хороший человек.

– Именно! Посредственный. А Сарате? Ну, предположим, он красавчик, но кажется, будто сбежал из бильярдной восьмидесятых годов, с этими его замашками крутого районного копа.

– Иногда он правда идиот.

– Но ты его любишь.

– Даже больше, чем думала.

Элена с трудом сдержала слезы. Марьяхо обняла ее, но сама не хотела превращать этот праздничный вечер в очередной вечер скорби. Она засмеялась, вспомнив дело цыганской невесты и как все в ОКА были настроены против этого полицейского из Карабанчеля, как он постоянно переругивался с Ческой, как выпендривался перед Рентеро. Элена прониклась благодарностью к Марьяхо за то, что та старалась подчеркнуть забавную сторону этой истории – истории ее взаимоотношений с Сарате, развивавшейся посреди беспробудного мрака. И она поделилась с Марьяхо рассказом о встречах в караоке, о первой ночи в постели, приведшей Анхеля в такое замешательство. Алкоголь понемногу делал свое дело: погружал обеих в состояние невесомости, при котором переживания наконец теряют силу или вообще улетучиваются из головы, как вдруг на телефон Марьяхо пришло сообщение.

– Это Буэндиа. Говорит, чтобы мы включили новости – дескать, это очень важно. Небось, показывают Верделисс или еще кого-нибудь из ее братии. Она инфлюенсерша, спортсменка и мать восьмерых детей, – пояснила Марьяхо в ответ на приподнятую бровь Элены. – Я тебе серьезно говорю! Внуки Буэндиа плохо на него влияют. На днях в офисе он бубнил под нос рэпера Тангану…

Весь телевизионный экран занимала фотография, сделанная с дрона: разбившийся в горах самолет. Диктор комментировал, что крушение частного самолета, летевшего по маршруту Брюссель – Мадрид, произошло недалеко от Байоны. Выживших нет. Среди подтвержденных пассажиров – Аурелио Гальвес.

Они не сделали ни одной остановки вплоть до границы Либерии с Кот-д’Ивуаром. Семь часов мучительной тряски по дороге, полной выбоин, от которых не спасали изношенные амортизаторы автобуса. Радость, сопровождавшая их отъезд из Монровии, потихоньку угасала, уступая место сомнениям, в разговорах все чаще упоминались опасности поездки. Амира переводила Сарате слова других пассажиров, общавшихся на йоруба. «Если денег нет, тебе из пустыни не выбраться», – это пугало многих. Они зашили последние сбережения в подкладки рюкзаков, в одежду, но некоторые предупреждали, что единственное надежное место – это задний проход: если их остановит группа повстанцев, всех обыщут и ограбят и доберутся до любого тайника. Метис по имени Марвин почти не вмешивался в беседу, а если вмешивался, то только для того, чтобы развеять страхи.