Книга Клан, страница 58 – Кармен Мола

– Спроси о нем на берегу реки, – посоветовала женщина лет пятидесяти – наверное, самая старая из всех в районе, когда он назвал имя Мосеса Ка.

В Уэст-Пойнте старики не встречались. Сарате не знал, каков средний возраст жителей трущоб, но было очевидно, что преступность и болезни уносят их молодыми.

На одной из кривых улочек возле реки он увидел лежавших на земле полуголых женщин. Они не спали, а пребывали в состоянии транса или бились в конвульсиях с отсутствующим из-за фентанила взглядом. У Сарате было такое ощущение, что он попал в какой-то постапокалиптический, разрушенный мир, в котором люди сами не знают, кто они такие. Одна из наркоманок сидела на пороге хижины, очень похожей на хлев. Внутри валялись матрасы, покрытые бурыми – то ли от крови, то ли от какой-то другой субстанции – пятнами. Несмотря на то что наркоманка была под кайфом, на вопрос Сарате о Мосесе она что-то пробормотала на непонятном языке, а когда он дал ей двадцать долларов, даже смогла произнести по-английски:

– Он приходит сюда только ночью.

Солнце скрылось за океаном. Уэст-Пойнт погрузился в темноту. Электричества здесь не существовало, и свет исходил только от некоторых имевших генераторы борделей да от фар машин и мотоциклов. Сарате заметил, что после захода солнца в трущобах началась какая-то лихорадка, темп жизни неожиданно ускорился. Машины – в основном внедорожники – и мотоциклы сновали по узким улочкам взад и вперед. Люди не запирались в своих хибарах, а чего-то ждали у дверей. Сарате не мог догадаться, чего именно: то ли каких-то операций с наркотиками, то ли клиентов для проституток. Ясно было одно: они ждали денег от более благополучного класса, приезжавшего сюда за доступными удовольствиями.

Еще двадцать долларов Сарате пришлось отдать какой-то женщине, упорно тащившей его к своей лачуге. Она обещала исполнить любую его прихоть. Не только заняться сексом. «Хочешь меня избить?» – предложила она. Сарате бережно отстранил ее, не желая нарываться на конфликт. Он заметил настороженные взгляды каких-то детишек, возможно, соглядатаев сутенера, предлагавшего таких девиц, как эта.

– Ты знаешь Мосеса Ка?

Довольная полученной от Сарате суммой, проститутка указала на желтую лачугу, украшенную гербом команды «Реал Мадрид» и намалеванной под ним надписью «Welcome to Spain»[1]. Сарате потянулся за пистолетом, поскольку боялся, что в указанном женщиной проулке, протиснуться в который можно было только боком, его ожидает очередная ловушка. Однако никто на него не напал, и он выбрался на грязный, заваленный банками и мусором зловонный пятачок – палисадник при хижине из деревянных досок с шиферной крышей. Герб мадридской команды и надпись «Welcome to Spain» выглядели на стене лачуги совершенно абсурдно, почти сюрреалистично, словно эта развалина объявляла себя испанской территорией, своеобразным посольством страны в Уэст-Пойнте.

Подойдя к лачуге, он услышал звуки ударов и чьи-то стоны. Дверь открывалась обыкновенным пинком. Внутри он увидел белокожего блондина и голую либерийку. Они не занимались сексом, он просто ее избивал, а она принимала побои, не пытаясь убежать, хотя все лицо ее было залито кровью, а тело покрывали гематомы от ударов кулаками и ногами. Прежде чем достать пистолет, Сарате заметил, что блондин занимался онанизмом: эта пытка его возбуждала.