Книга Цыганская невеста, страница 102 – Кармен Мола

Элена смотрела на него, ничего не понимая. Она не могла представить себе Соню, отправившуюся по каким-то делам или возвращающуюся с покупками. Соня должна была оставаться дома, еле волочить ноги по коридору, медленно тянуться за чашкой с травяным чаем, свернуться в клубочек на ковре, прислониться к спинке дивана и потерянно смотреть в никуда.

— Где она?

— Зачем вам это знать?

— Мне нужно поговорить с ней, это важно.

— Перестаньте ее беспокоить, сделайте одолжение.

— Скажи мне, где она, — властно проговорила Элена.

Глаза Капи нетерпеливо блеснули. Элена чувствовала его несвежее дыхание.

— В Монклоа. Я оставил ее там сегодня утром. Через час заберу. Вы можете прийти позже.

Капи закрыл дверь. Элена поехала в район Монклоа, предполагая, что Соня сейчас в Центре психологической помощи. От присутствия Капи в этом доме настроение у нее стало еще хуже. Что он делает там, в доме гаджо, от которых сам отрекся?

Едва войдя в центр, она увидела Соню, беседующую с другими участниками терапевтического сеанса. При виде Элены на ее лице мелькнуло отвращение.

— Инспектор…

Она слабо улыбалась, бледная и словно излучающая скорбь, скрыть которую было невозможно.

— Мне нужно вам кое-что сказать, Соня. Мы можем поговорить наедине?

Они вошли в пустую комнату. Стулья стояли широким кругом.

— Есть какие-то новости? — спросила Соня.

Элена на секунду вспомнила Хуанито, румына-официанта, любителя давать советы. Когда разговор неприятный, лучше сразу перейти к делу. Соня смотрела на нее безучастно.

— Мигеля Вистаса скоро освободят.

— Но почему?

— Улика, на основании которой его осудили, оказалась фальшивкой. Сегодня его выпустят, и я хотела, чтобы вы узнали об этом прежде, чем информация появится в новостях.

Соня молчала.

— Он будет постоянно находиться под наблюдением, пока не состоится новое судебное разбирательство.

— Опять? Еще один суд? Мне не выдержать.

— Я знаю, что это тяжело, но, если суд полагает, что в тюрьме находится невиновный, мы обязаны его освободить.

— По-вашему, он невиновен?

— По-моему, его осудили бездоказательно, — призналась инспектор.

— Но тогда все будут думать, что девочек убил Мойсес.

— Соня, я готова головой поручиться за вашего мужа. Я точно знаю, что Мойсес не причинил им никакого вреда.

— Помогите мне, — взмолилась Соня. — Не позволяйте им обвинить Мойсеса в смерти дочерей.

— Обещаю, я сделаю все, что в моих силах, чтобы найти убийцу.

Соня слабо кивнула.

— Мне пора возвращаться, скоро начнется сеанс. Спасибо, что предупредили.

Она встала. Пришло время вежливо попрощаться и навсегда забыть эту бедную женщину. Но Элена не могла не удержать ее еще на одно мгновение.

— Соня… я приходила к вам домой, и мне открыл Капи.

— Да, он мне очень помогает.

— Но вы не хотели с ними знаться. Странно, что вдруг передумали.

— Я ошибалась. Я не должна была лишать Мойсеса родни. Думаю, это была одна из самых больших ошибок в моей жизни.

— Значит, все в порядке?

— Да-да, все хорошо. Капи не бросит меня. Он позаботится обо мне. И что я могу сделать? Теперь это моя семья, другой нет.

В машине, по дороге в отдел, Элена думала о Соне, о Капи и своей интуитивной неприязни к нему, о том, как это возможно — начать новую жизнь и не замечать укоризненных взглядов родственников мужа. Они наверняка винили в трагедии ее. Почему же она не бежит от них? Почему не расстанется с ними навсегда? Элена этого не понимала. Хотя все люди такие сложные и такие хрупкие. Соне нужна была поддержка, чтобы жить дальше; видимо, она нашла ее у Капи.