Онлайн книга «Обольстить Минотавра»
|
– Ты права. Я вот все думаю про ключ от лабиринта! Кто такой Тесей? Еще одна маска? Очередное превращение? Ведь если верить мифам, то Минотавр и его победитель – дети одного отца, бога Посейдона? Герой и чудовище – порождения божества, воплощающего в себе обе стороны бытия: свет и мрак? – Не узнаю тебя! – засмеялась Ева. – Рассуждаешь как философ. Скажи еще, что нить Ариадны – это непрерывность и постоянство осознания, которое может вывести из лабиринта. Ибо тот, кто забыл дорогу, обречен на вечное блуждание по бесконечным коридорам, заполненным темнотой и чудовищами. Они ехали по трассе, запруженной машинами. Шел мокрый снег. Свернувшийся кольцами каменный город-лабиринт медленно погружался в мутные осенние сумерки. Казалось, пространство и время зыбки и преходящи, как эти тающие на лету снежинки. Где-то между небом и землей с ними происходит мистерия превращения, составляющая вечную тайну жизни. – Знаешь, кажется, Леонардо да Винчи сравнивал лабиринт с маткой, внутри которой происходит развитие плода, – задумчиво произнесла Ева. – Это символ перехода из одного состояния в другое. Она замолчала. Крупные хлопья снега налипали на лобовое стекло. – Заоблачный охотник разошелся не на шутку, – заметил Смирнов. – Только перья летят! Красота… Стихия! Автомобиль крохотной точкой мчался сквозь густую снежную пелену, между небом и землей, между мирами… Корнеев и Феодора стояли на балконе ольховского дома, любуясь теми же сумерками. В небе за снежными тучами стояла размытым голубоватым пятном луна. – Я знаю, что такое нить Ариадны, – нарушил молчание Петр Данилович. – Это нить любви. Меня она трижды увела от смерти. Не случайно Смирнов предложил мне надеть одежды Диониса, даже весьма кстати. Ведь именно этот бог влюбился в красавицу Ариадну, сделал ее своей женой и вместе с бессмертием подарил ей венец из сверкающих звезд. В конце зимы я покажу тебе эту Северную Корону. – А сейчас нельзя? – На нашем небе ее пока не видно. – Что будет с домом в Рябинках? – спросила Феодора. – Я не смогу больше переступить через его порог. – И не надо. Дом продадим, а проклятый подвал я велю засыпать. Черт знает, что это за Леший холм? После такой жуткой истории всякое приходит в голову. – Легенда о лабиринте ждет того, кто разгадает ее скрытый смысл, – сказала Феодора. – Ключ от бездны утерян. Его нелегко будет отыскать. Эдуард Проскуров приехал в больницу, куда привезли Нану. После приступа необузданного буйства она впала в кому и лежала безучастная, бледная и чужая. Это была не та женщина, которую он любил, с которой обвенчался в горах, под высоким, чистым небом… Как же так? Что крылось за ее маской невинности? «Прекрасна, как ангел небесный, как демон, коварна и зла!» Не зря она рассказывала ему в день свадьбы о царице Тамаре, жестокой любовнице. Проскуров не умел молиться. Он смотрел на заострившиеся, некогда милые черты ее лица и не ощущал ничего, кроме пустоты. Княжна гор, похитившая его душу, выпустила ее из обессилевших пальцев. Поездка в черном «Фольксвагене», ужасная сцена, разыгранная Владимиром и Наной, непристойный танец в подземелье при свете факелов, отрубленная бычья голова на земляном полу, рассказ сыщика, казавшийся смесью безумного вымысла и жуткой правды, – все это отрезвило Эдуарда. Многое Славка домыслил, но если он в чем-то и ошибся, то несущественно. |