Онлайн книга «Обольстить Минотавра»
|
– Там я видел эту штуку… – выдохнул Всеслав. – Вернее, точно такую же. С остро заточенными лезвиями. – Что-о?! – Представь себе мое удивление. – Кто-то сам желал смерти, – забормотала Ева, закрыв глаза. – Желал смерти… хотел, чтобы его убили. Ключ к лабиринту… повернуть ход событий… Нет, не понимаю! – с отчаянием воскликнула она. – До конца не ясно, что они собирались… Сыщик не слушал, увлекся своими мыслями. – Выходит, это критский фетиш? Рога! Я же говорил, что символ похож на… – Он потер виски. – Черт! Мозги перегреваются, того и гляди, предохранители полетят. И тут в памяти Смирнова всплыл разговор с пареньком из «Гюльсары», подающим посетителям кальян, и фотография, на которую тот указал. Молодой человек, вдохновленный щедрой оплатой, сходил в подсобку и принес сыщику еще несколько снимков. «Это было потрясающе, – сказал он. – Такого у нас больше не будет. Фотографировать в «Гюльсаре» строго запрещено, но я не выдержал и запечатлел для себя, тайком. Если руководство узнает, меня могут уволить». Смирнов намек понял и протянул пареньку еще одну купюру. Еве он не сообщил о беседе со служащим из «Гюльсары» намеренно: пусть ее интеллект решает задачу самостоятельно, не подстраиваясь под созданный шаблон. Когда две версии переплетутся, дополняя друг друга, совпадут в ключевых точках, тогда можно будет судить об их истинности. Нужно идти к разгадке с разных сторон, сводя риск ошибки к минимуму. Тем более если заблуждение повлечет за собой гибель человека. Разрозненные картинки постепенно складывались в уме Всеслава определенным образом: скоропалительная женитьба Проскурова, исчезновение Наны, смерть инженера Хованина, семейство Корнеевых, пресловутый чертеж инока Силуяна, восточный стриптиз-клуб «Гюльсара», подземелья Симонова монастыря, изгнание бесов, буквы С и К на копии монастырского плана, разговоры с диггерами, с Вятичем, с подростком у трапезной, с Уваровой, с Мальцевым… Стоп! – Что там упоминал кладовщик завода о кирпичах? – вдруг спросил сыщик. Ева не сразу сообразила. – Кипричах? Каких… О-о! Кирпичи приносил Хованин, спрашивал, как давно их изготовили. Один, кажется, был с клеймом «Н», относился к семнадцатому веку. – Значит, он побывал там же, где и я. – Кирпич? – Да нет же. Олег, он был там, понимаешь? Это все меняет. Нельзя ждать! Надо быстрее… Звонок телефона помешал ему договорить. – Не люблю ночных звонков, – сказала Ева, взглянув на часы. – В такое время хороших новостей не сообщают. – Это как рассудить, – возразил Смирнов и взял трубку: – Слушаю. Корнеев извинился за то, что потревожил в столь поздний час. – Дело неотложное, – пояснил он. – Сегодня меня пытались убить. Взорвался мой новый «Мерседес». Всеслав в продолжение десяти минут выслушивал подробности трагического происшествия, которое, на диво, обошлось без жертв. Взрывное устройство оказалось умеренно мощным, сработавшим в условленное время: то есть машину заводят, едут, и спустя полчаса, например, она взрывается. – Таков предварительный вывод эксперта, который мне сообщили по телефону, – подчеркнул Петр Данилович. – Вероятно, он не совсем точный, да это и неважно. В сущности, я звоню вам по иному поводу. Меня беспокоит ваш наниматель. Если это мой сын Владимир, то… – Это не он. – Вы не дослушали, господин сыщик. Я заплачу вам втрое против того, что обещал Владимир, если вы поможете доказать невиновность Феодоры, супруги сына. Она ни при чем. Я ехал в аэропорт встречать ее, когда произошел взрыв. Феодора отдыхала на Крите. |