Онлайн книга «Призрак Викария»
|
Валантен спешился и неторопливо повел жеребца под уздцы по единственной дороге, бугристой от корней деревьев. Он продвигался вперед очень осторожно, высматривая признаки опасности. Но все было тихо. Ни движения, ни шороха. Птицы примолкли, и ветер как будто решил не соваться так глубоко в лес. Даже листва не шелестела, ни единый живой звук не тревожил эти застывшие в своем одиночестве места. Настороженно озираясь, Валантен миновал заросший мхом колодец с уныло поникшим журавлем, которым давно никто не пользовался. Он помнил, что домик лесника и его жены, усыновивших когда-то Дамьена, должен находиться поодаль, за околицей деревни, в неглубоком овраге, у ручья, где все стирали одежду; вода там белела от мыла, похожая на молоко, вспененное в ведре струей из козьего вымени. Домик лесника, в отличие от остальных, выдержал испытание временем: на первый взгляд соломенная крыша и стены уцелели. Дверь и ставни нуждались в свежей краске, но крепко сидели на петлях. Когда Валантен приблизился к лачуге, у него сжалось сердце: под навесом крыльца стояли цветы в глиняных горшках, рядом сушились на солнце деревянные башмаки. Значит, здесь кто-то жил. Перед тем как постучать в дверь, он хотел было привязать жеребца к плетню у старого сарая из рассохшихся досок, но животное вдруг зафыркало и забило копытом, выражая протест. Скакун явно занервничал – дико вращал глазами, раздувал ноздри и отказывался стоять на месте. Что-то его встревожило… Валантен еще раз окинул взглядом окрестности, но ничего подозрительного не заметил. Тогда он принялся ласковым голосом увещевать жеребца, поглаживая по напряженной шее. Тот вроде бы успокоился и позволил себя привязать, но по тугим мускулам на его боках то и дело пробегала дрожь. Когда Валантен постучал кулаком в дверь, ему не ответили. Он подождал некоторое время и, снова постучав, крикнул: «Эй! Есть кто-нибудь?» Однако опять никто не откликнулся. Можно было бы выбить засов, но что-то его удерживало. Возник смутный страх совершить кощунство – он почувствовал себя так, будто собирается вломиться в святилище. Глупо, наверное, но ему действительно пришлось сделать над собой усилие, чтобы этот страх превозмочь. В конце концов, взяв один из седельных пистолетов, он все-таки проник в домик лесника. Ставни были закрыты, и ему пришлось постоять у порога, привыкая к полумраку. В единственном жилом помещении было несколько закутков, тонувших в полном мраке, и множество темных углов. Но когда зрение приспособилось к темноте, первым делом внимание Валантена привлек к себе стол, накрытый на одну персону. На тарелке лежали остатки пищи, стакан был наполовину полон вином. Можно было подумать, что тому или той, кто сидел здесь, пришлось внезапно прервать трапезу. В старинной дровяной печи стоял чугунок. Валантен наклонился, чтобы заглянуть в него, и поморщился от отвращения – внутри были подгоревшие остатки мясного рагу с репой, покрытые толстым слоем плесени. Молодой человек собирался тщательно осмотреть помещение, когда за окном вдруг громко заржал его конь и одновременно раздался треск ломающегося дерева. Он бросился наружу. Жеребец, фыркая, неистово рвался с привязи, даже одна из жердей плетня треснула. Животное уже не просто нервничало – им овладела паника. На сей раз Валантену не удалось успокоить беднягу простой лаской – пришлось отвязать и водить коня перед домом некоторое время, пока тот не перестал взбрыкивать и ржать. |