Онлайн книга «Пять строк из прошлого»
|
Так у него, Антона, получилось. Да так и у Кирилла. И у Эдика. У всех, кого он знает. Все, что он сделал за прошедшие двадцать пять лет двадцать первого века, – это совершенствование того, чего добился за первое свое тридцатилетие. Где-то тонкой наждачной шкуркой прошелся, где-то пыль смахнул, где-то блестящие детали начистил зубной пастой (как они с Киркой на военных сборах по вечерам надраивали пряжки своих ремней со звездой). Эти годы стали временем сбора урожая. Российско-турецкая клиника «Кавитация» существует, да как. Двадцать семь филиалов в разных городах страны и мира. Ульянов там рулит, а Тоша главным образом дивиденды, как собственник, получает – тем и живет, не на пенсию же, которую ему назначили, и не на профессорскую должность на кафедре. А протоколы лечения рака с помощью его прибора давно стали общим местом. Его метод так долго применяют, что иным кажется, что он существовал всегда. Антону и «государыню», то есть Государственную премию, за него дали – вместе с семью другими лауреатами, включая врачей и директора из НИО, и Ульянова. Где-то в начале десятых годов это случилось. Вот с личным у Антона больше не сложилось. Или, как он сам говорил, намеренно коверкая язык и тем скрывая смущение: «Не склалось». Никого после Любы не нашлось такой, чтоб замерло в груди и не хотелось отходить от нее и делать глупости, совершать разные безумства. Хотя женщины в его жизни, конечно, были. С кем-то они три года прожили, с кем-то – пять. Да только все равно: если нет любви, лучше встать, собрать чемоданчик и уйти. И ребенок всего один: Егорушка. И никого больше. Поэтому очень хорошо, что Люба тогда настояла, и Егор носит с двухтысячного года фамилию Рябинский, продолжает династию. А у сына в семье теперь две дочки растут, внучки Антоновы: вот выйдут замуж, перепишутся на имя супружников, растворится фамилия Рябинских в веках. Хорошо Кириллу! У него наследников целых четверо: взрослая Мария от Маринки – это раз. Потом двое сыновей от Ангелины, Марк и Павел, погодки, двадцати и девятнадцати лет. Зашибись, что парни. Фамилию Кравцовых поддержат. (Отец Кирки, полковник, умер в начале века, вскоре за ним и мама последовала.) На погодках Кир не остановился. В середине десятых, году в четырнадцатом, они с Гелей развелись – почему, кто там прав, кто виноват, он не вникал. Внешне хорошие отношения сохранили. Кирилл ее даже на вручение «ТЭФИ» приглашал. И с детьми общаться она, в отличие от дурынды Марины, ему позволяла… Кир потом и четвертого наследника заделал. После Гели прожил два года с красоткой-актрисой Катей Боевой. Та ему невыносимые условия создавала: то скандалы с битьем посуды, то умопомрачительная любовь, по трое суток из койки не вылезали… Сейчас десятилетний Лука, младшенький, живет вдали от Кирилла, с мамашей и отчимом. Тот, самый первый сериал по сценарию Кирилла и с ним в неглавной роли вышел только в две тысячи первом году. Имел умеренный успех. Режиссер Бонч-Бруевич немедленно стал звать Кира писать продолжение, а его самого углядели на экране коллеги Александра Борисовича и начали приглашать сниматься. Одна роль, вторая, третья… Из армии Киру пришлось-таки уволиться, да и выслужил он свои двадцать беспорочных лет. Отдался весь синематографу. Антон тут недавно для интереса на киносайте его страничку нашел – и обалдел. Тридцать семь ролей в качестве актера! Восемнадцать отснятых сценариев – а сколько было (он знал) неснятых! Правда, главных ролей – всего две, в основном играл он героев второго плана. Зато Кирилл – единственный, кто «ТЭФИ» (в номинации сериал) получил статуэтку и за сценарий, и за актерскую работу! |