Книга Пять строк из прошлого, страница 141 – Анна и Сергей Литвиновы

Задержатели опять переглянулись. Кожаный-лысеющий-главный сморщился и сделал жест: «Дайте уже им телефон!»

Немедленно явилась трубка радиотелефона, была протянута Геле.

– Мой коллега тоже должен позвонить, – мотнула головой в сторону Кирки она.

– Дадим и ему. Звонок разрешено производить только близкому родственнику.

Геля быстро нащелкала на кнопочках номер. Почему-то Киру показалось, что звонит она совсем не маме и даже не бабушке.

– Мамуля, привет! Это я, твоя Ангелина. Ты знаешь, меня задержали. Да, сегодня, когда я выходила из Белого дома… Не знаю, кто – они не представились… Да, при мне… Я не знаю, что нам шьют – кажется, нарушение правил валютных операций… Не, я не знаю, где мы находимся… Где-то недалеко от Белого дома, неопознанный особняк… Да уж пожалуйста, похлопочи…

Она нажала «отбой» и протянула трубку Кириллу.

Тот заранее прикинул, кому позвонить. Жене? Глупо, да и зачем. Отцу в Орел? А что отец? Он хоть и полковник, да что он сделает против этих столичных ухарей! И неожиданно пришла идея.

Друг хоть и не отличается большими связями в верхах, зато он все бросит, всех на уши поставит и в лепешку расшибется, чтобы помочь.

– Алло, привет, это Кирилл! Слушай, меня сейчас задержали… Да вот так, задержали, вместе с Гелей – помнишь ее?.. Не знаю я, кто задержал, они не представились… Короче, так: мы с Гелей выходили из Белого дома, из избирательного штаба президента, и была у нас при себе значительная сумма в долларах… Да какая разница, какая. Значительная!.. И вот на выходе из Белого дома нас повязали. Я и говорю, безобразие. Поэтому, папуля, придумай что-нибудь, чтобы помочь мне.

«Папуля? – подумал Антон на другом конце провода. – Почему Кир меня папулей называет? Ах, ну да, там, наверное, разрешают только прямым родственникам звонить. Но что же я-то могу поделать? Наверное, что-то могу, раз Кирюха именно мне позвонил… Какое счастье, что я дома остался, а не поехал к Любе на дачу, там бы он меня при всем желании не выцепил».

Первым делом Антон позвонил Ульянову: нет ли у него кого.

– О-о! – только и сказал тот, выслушав. – Попал наш дружбан. Дело такое, наверняка на уровне самого президента решается, а у меня птиц такого полета на горизонте нет.

Тут Антону пришла мысль: Алевтина. Его мимолетная возлюбленная из Стамбула, из отеля «Мармара», полненькая чиновница из Минздрава. Кстати: не такая она теперь и полненькая. Недавно прошла два курса в СП, созданном Антоном и турками, – он встретил ее однажды в коридоре. Реально сбросила килограмм двадцать, похорошела – он ее даже мимолетно завожделел. А она рассыпалась сотней благодарностей, какой чудесный аппарат Тоша придумал и как он помогает.

Время вечернее, вряд ли она в своем кабинете. Звонить домой совершенно неудобно. Но она дала ему номерок своего мобильного – сотовые телефоны появились только у самых-самых важных персон, и звонок на них с городского стоил страшных денег (для владельца мобилы), но ничего, как-нибудь Алевтина выдержит.

Чиновница отвечала любезно. Антон рассказал ей коллизию. Дама на минуту задумалась. Потом молвила: «Ты знаешь, ситуёвина такая, что ее только в верхнем круге решить могут. Но я скажу муженьку прямо сейчас. Он к выборам непосредственное отношение имеет. Я думаю, он этим твоим известием Березу или Гуся заинтересует».