Книга Цветы пустыни, страница 110 – Влада Ольховская

– Да я не столько о Сереже… Так, подожди, давай передохнем! Это ты можешь конем бежать до ближайшего города, я внезапно идентифицирую себя как девочка, а девочка устала!

Притворялась она неплохо, и все же пелена пота, проступившая на коже, выдавала истинный уровень ее утомления. Не дожидаясь его ответа, Таиса сошла с дорожки и плюхнулась на густую зеленую траву, массируя ноги.

Матвей к ней не присоединился, однако шаг в сторону от дорожки тоже сделал. Что ж, может, Таиса не была пока идеальным профайлером, но правильно выбирать момент она умела. Перерыв она объявила тогда, когда Матвей был слишком заинтригован, чтобы оставить ее здесь.

– Тебе ведь нравится нависать надо мной горой, правда? – улыбнулась Таиса, чуть сдвигая бейсболку, чтобы удобней было смотреть вверх.

– Мне не нравится останавливаться. Что ты узнала про школу?

– Сначала я тоже не сочла это таким уж важным, но решила на всякий случай уточнить у Федора. Да, в эту их супер-пупер-мега гимназию можно попасть до пятого класса, но с каждым годом это все тяжелее, потому что зачисление зависит не только от таланта ученика, от наличия свободных мест тоже. Сережу хотели отдать туда еще в первом классе, однако он не дотянул по экзаменам. И все же он показал неплохой результат, его зачислили в приоритетную группу. Таким детям предлагали заново попробовать свои силы в первую очередь, если в классе освобождалось место. Именно это и произошло с Сережей – он поступил во второй класс, потому что освободилось место.

– И почему же оно освободилось в школе, откуда никто не хочет уходить? Раз ты упомянула это, подозреваю, дело не в низкой успеваемости.

– Вообще не в ней, – подтвердила Таиса. – Выбыл один из лучших учеников класса, история была трагическая, а особых данных об этом не найти, потому что десять лет прошло, да и школа распространение такой информации старательно пресекает.

– Ты выяснила, что с ним случилось?

– Разбился в аварии. Ехал куда-то с родителями, машину занесло, было столкновение… Родителям-то ничего, они предусмотрительно пристегнулись. А вот мальчик ехал сзади, без специального кресла, пристегнут не был… Короче, вылетел он из машины в итоге.

– Погиб?

– Нет, но навсегда остался инвалидом. В школу он вернуться просто не мог, тогда никто не брался сказать, выживет ли он. Но место за ним придерживать не стали, просто посочувствовали. Место отдали Сергею.

– И ты считаешь, что это может быть мотивом? – поразился Матвей. – История десятилетней давности, к которой Сергей, если говорить по существу, не имеет никакого отношения?

– Я все прекрасно вижу. Но это, со всеми натяжками, лучший мотив, что у нас был за все время расследования. Единственная трагическая история, с которой Сергей хоть как-то связан! Ой, не хмурься на меня так, я знаю, что мотив, скорее всего, слетит. Но я все равно хочу проверить! Я собираюсь побеседовать с этим пострадавшим мальчиком и буду рада, если ты ко мне присоединишься, с тобой как-то спокойней. Кстати, об этом… Ты не мог бы перестать игнорировать мои звонки? Вдруг меня опять убивают, а я не могу на помощь позвать?

Она явно шутила – и даже засмеялась над собственной шуткой. Не похоже, что столкновение со смертью до сих пор влияло на Таису. Матвей же такой беззаботностью похвастаться не мог: при воспоминаниях о том дне на миг стало холодно, как в зимнем лесу.