Книга Долгие северные ночи, страница 106 – Влада Ольховская

И вот теперь Матвей стоял на той самой парковке, на месте, где погибла Маша. Сейчас это место было занято другим автомобилем, что, в общем-то, не имело значения. Пока что профайлер оценивал предусмотрительность убийцы, точный расчет, умение принимать во внимание даже крошечные детали. Все это вновь указывало на профессионала, на наемника… А это не укладывается в единую картину.

Для всех убийств выбирали контактный, сексуализированный метод. Обычно это и есть мотив: маньяк наслаждается тем, что делает. А вот наемники – это обычно холодные профи, им за такое доплачивать придется. Так зачем эти сложности? Ни в какое «просто так» Матвей не верил, причина есть всегда, но не всегда она понятна здоровому разуму.

От мыслей об этом его отвлекло движение неподалеку. Не важно, насколько Матвей сосредотачивался на работе, он не терял связь с окружающим миром, с его прошлым такое непростительно. Вот и сейчас от него не укрылся тонкий силуэт, оказавшийся на той же дорожке, что и он. Сначала ему показалось, что это ребенок, но такой вариант не прижился: ребенку тут делать нечего. Присмотревшись внимательней, Матвей разглядел, что к нему идет женщина. Просто невысокая, одетая в широкое, как будто школьное пальто, отсюда и иллюзия. Но над детским шарфиком – похожее на засохшее на зимнем холоде яблочко лицо.

Причем знакомое лицо. Лесова Ирина Геннадьевна собственной персоной.

Матвей не ожидал встретить ее здесь, но и шарахаться не собирался, он спокойно дождался, пока жена Дениса Лесова подошла к нему и зачем-то победно улыбнулась.

– Вы ведь знаете, кто я такая? – требовательно спросила она.

– Да.

Она ожидала, что он продолжит говорить, это чувствовалось. Спросит о чем-нибудь или сразу начнет оправдываться… Но у Матвея не было на такое настроения, пока он предпочел наблюдать.

Лесова сориентировалась быстро:

– Мне известно о том, что вы приходили к моему мужу. После этого я навела кое-какие справки о вас.

Матвей сильно сомневался, что Денис сам бросился жаловаться жене, не в его стиле. Скорее всего, Ирина Геннадьевна приплачивала его секретарше, и та сообщала ей о любых гостях. Особенно странных и неожиданных. Ну а то, что после этого скучающая домохозяйка бросилась изображать из себя детектива – вполне закономерное развитие.

– Вы когда-то были с ним в том самом месте, – продолжила Лесова. – В этом приюте зла! А сейчас вы работаете в полиции. И то, и другое плохо. Мне потребовалось очень много сил, чтобы восстановить душу моего мужа после перенесенных испытаний. Я не позволю вам снова очернить ее!

На миг Матвей допустил, что Лесова действительно блаженная. Но нет, не блаженная и не кликуша… Ей просто нравится эта роль, и она, как хорошая актриса, погружается с головой. Она сейчас ощущает себя ангелом-хранителем, спасающим мужа от демона, разве не прекрасно?

– Чего именно вы от меня хотите? – осведомился Матвей.

Долго задерживаться на парковке у него не было никакого желания. В декабре здесь было немногим лучше, чем в августе: летом машины хранили жар, зимой – холод, да еще и ветер продувал открытую площадку так, будто надеялся смести не понравившиеся ему игрушки, убрать человечков и оставить только машинки.

– Просто держитесь от него подальше! – выдала нехитрое требование Ирина Геннадьевна.