Книга Изола, страница 144 – Аллегра Гудман

Дальше я попыталась объяснить словами и жестами, что один злой человек взял меня в плен, а потом высадил на этом острове, так я и стала отшельницей. Я указала на рыбу, лежащую на земле, и изобразила руками, как забрасываю удочку и развожу огонь, чтобы приготовить свой улов. Показала морскую соль, которую выпаривала на камнях, и описала птичий город неподалеку.

– Там можно яиц набрать, – сообщила я Микелу. – Я вам покажу.

Но он покачал головой, давая понять, что не хочет оставлять товарищей и будет ждать меня здесь.

– Идите сами, – махнул он рукой.

Я замешкалась. Чувствовалось, что Микел не до конца мне доверяет, и страшно было от мысли, что, пока я отлучусь, рыбаки могут уплыть. Но они ведь разложили рыбу на камнях сушиться, а значит, им придется выждать несколько дней. Надо воспользоваться шансом и завоевать их расположение.

– Хорошо, принесу вам яйца, – пообещала я.

Я вернулась в пещеру за корзиной Дамьен, а потом пошла на берег и доверху наполнила корзину яйцами. Пока рыбаки трудились у лодок, я набрала хвороста, разожгла огонь и стала готовить добычу.

– Идите есть! – позвала я своих гостей.

Они с аппетитом поели, и я пообещала, что завтра будет новая порция яиц, а потом храбро добавила:

– Могу для вас и птиц настрелять!

Когда Микел перевел мое предложение, рыбаки тревожно нахмурились. Тот, что был в красной шляпе, дал решительный ответ.

– Нет, это невозможно, – перевел Микел.

Вот тут я перегнула палку. Разве монахиня может палить по птицам? А вдруг теперь они перестанут мне верить? В глазах рыбаков читались сомнения, но я надеялась, что голод сделает свое дело и, когда им захочется свежего мяса, они станут сговорчивее.

– Вы тоже можете на них поохотиться, – предложила я Микелу. – Я покажу, где они гнездятся, настреляете сколько угодно.

Он покачал головой.

– У нас порох испортился.

– У меня осталось еще немного, – сказала я. – Можете еще кого‐нибудь с собой взять. – Я показала ему три пальца в знак того, что у меня есть три исправных ружья. – Одна аркебуза мне и две вам.

Конечно, опасно было показывать чужакам свой дом и предлагать оружие, и я сама успела испугаться, что слишком уж тороплю события, но внутренний голос подсказывал: если я хочу заслужить доверие басков, нужно довериться им самой.

Рыбаки стали обсуждать мое предложение, то и дело кивая на скалы, на которые нужно было взобраться, чтобы достать мое оружие. Наконец баск в красной шляпе разрешил Микелу пойти со мной, а тот взял себе в помощники рыбака по имени Ион.

Я повела басков к пещере. Очень непривычно было смотреть на остров их глазами: им моя тропа показалась чересчур крутой, кустарник – удивительно колючим, а солнце жгло так беспощадно, что нигде не укрыться. Я часто ходила этим путем и в два счета преодолевала все трудности, а рыбакам подъем дался нелегко. А когда мы добрались до входа в мое убежище, они заглянули внутрь и удивленно покачали головами.

– Нет! – потрясенно воскликнул Микел, когда я объяснила, что прожила в этой пещере два года.

Мне хотелось поскорее им доказать, что мои обещания – вовсе не пустой звук. Я юркнула в пещеру и вернулась с тремя аркебузами, огнивом и остатками пороха.

Теперь можно было выдвигаться на охоту, но я попросила рыбаков подождать еще немножечко, вынесла потрескавшийся образ Девы Марии и поставила его на камни, чтобы напомнить гостям острова, что я женщина религиозная.