Книга В объятиях (с)нежного человека, страница 39 – Лия Седая

Но осекся.

Молча снял с меня балаклаву и подал шапку, чтобы я надела ее снова.

Чуда все-таки не произошло.

— Пойдем, — глухо приказал он, откидывая брезент с багажника.

Я смотрела на свой тяжелый рюкзак, что он достал оттуда одним рывком.

Значит, все оказалось проще. Мои документы все это время были у него. Кто я, где я живу, кем работаю — он все это знал заранее.

Я хотела злиться. Честно.

Но не получалось. Как будто в отупении прошла за ним в низенькую, присыпанную снегом калитку, а потом и в дверь станции.

— Какие люди! Здравия ж-ж…

Йети глянул на подскочившего из-застола балагура-мужика так, что тот подавился своими словами.

— Борт где?

— Так, на подлете же, — растерялся дядька. — Минут двадцать еще и будет.

Йети кивнул и опустил мой рюкзак на пол у скамеек.

Я уже была в этом домишке. Здесь мы были вместе со Славкой, когда прилетели в деревню. Здесь мы пытались найти проводника и жилье.

— Подожди тут, — приказали мне мрачно, выходя на улицу.

Подожду, конечно. Больше в лес одна не побегу.

Хватило приключений.

Дежурный просто пожирал меня глазами, но задавать вопросы не решался. Интересно, что он знает о нежном человеке? Видно же, что они знакомы.

— Простите, а где у вас тут туалет?

— Дык это, знамо где, — с готовностью отозвался мужик. — На улице, у забора! А вообще, вы лучше у Яра спросите, он покажет.

— Понятно. Спасибо.

Завязать разговор не удалось. Местный житель так откровенно боялся Йети, что послушно держал рот на замке.

Кто же он, черт побери, такой?

Сверху загудело, застрекотало.

— О! Прилетели уже! — отчего-то радостно объявил мужичок.

За окном взвилась снежная пыль, закрывая вид. С мрачным ожиданием я смотрела на дверь. Даже этот мужик и то радуется, что я скоро исчезну отсюда. Что уж говорить про снежного человека?

Он вошел хмурый как никогда. Таким злым я его еще не видела. Даже когда я чуть не пихнула руку в волчью пасть, он выглядел иначе.

— Пойдем. Времени мало.

И я пошла.

Огромные лопасти машины вращались, по-прежнему разгоняя вокруг снежную пыль. И кроме нас на взлетной площадке никого не было.

Это что, вертолет для меня одной?

Пригибаясь, мы дошли до него. Снег и ветер хлестали по щекам, выбивая слезы.

У раскрытой двери сидел мужчина в военной форме. С интересом поглядев на меня, он принял у Йети мой рюкзак.

— Ты долетишь до Ивановска. Там будет ждать машина, она довезет, куда скажешь, поняла? Твой телефон в рюкзаке.

Я стирала мокрые дорожки со щек и кивала, кивала.

Он все предусмотрел.

Яр вдруг дернул меня на себя. Обнял, укрыл своими ручищами от всего.

Я ощутила прикосновение твердых губ к уху:

— Считай, что ты расплатилась с долгом, малыш. С тобой было хорошо. Пока!

Я давилась слезами.

Старалась беззвучно, сидящий рядом военный сдерживал одним своим присутствием.

Бросал на меня внимательные взгляды исподтишка, но заговорить не пытался.

И я была ему благодарна.

Вот уж чего-чего, а обсуждать свое состояние я сейчас была не готова.

Ненавистный рюкзак стоял у моих ног. Почему Яр не отдал мне его сразу?

Черт!

Телефон!

Завязки на горловине я развязывала, срывая ногти.

Я вспомнила, что в последние дни не видела свой телефон в доме. Значит, он специально убрал его. И напомнил мне о нем не просто так?

Не зря ведь, да?

Аппарат нашелся быстро. Лежал сверху.

Широкий дисплей приветливо загорелся от первого прикосновения. В первый момент я оторопела.