Онлайн книга «Искатель, 2006 № 07»
|
— А не спеши, все равно не успеешь. Твоя девка-то уже лесом идет. Верно, опять чугунка раньше времени пришла. О тебе дело говорить надо. Я присел рядом с лесным хозяином. — Обо мне? — Думаешь, эти, что у тебя живут,за нами пришли? Как бы не так. За тобой они да за девкой твоей. Баба твоя им без надобности — потому в ей Силы нет… «Вот как…» — Откуда такое? — Кикимора сон видела. Приведут тебя — дадут им за это бабки. Это что? — Все равно что деньги. — А, гривны… — равнодушно протянул лешак. — Ну и чудной вы народ, человеки. Чего с них поль-зы-то? — Каждому свое. — То-то что свое… Ты-то кто будешь? Не наш… И не человек… — Э, ты думай, чего говоришь, Старый! — возмутился я. — А что тут думать, — ухмыльнулся мой волосатый собеседник, — был бы ты человек, ты бы нас на гривны менял. Ходил бы, серебром звенел. Пуль налил бы, вурдалачьи шкуры на шубу пустил. — Чего ты знаешь о настоящих людях, — поморщился я, — говорю — не болтай без дела! — Чего знаю, чего знаю! — обиделся лешак. — Много чего знаю! Не первый век по лесу хожу. Ладно, дело давай говорить. Главные там — два мужика, что в зеленом в крапину ходят. И тот, что стеклянный глаз на плече носит, тоже с ними. А Толстяк и Сопляк не в счет. Они, верно, и не знают, зачем их сюда взяли. Толстяк зелье пьет, а Сопляк темен, зелен и глух как пень. Берегини пробовали его пощекотать — даже не почуял… — Ясно… — Я задумался. — Ну ладно. Благодарю тебя, Хозяин. Уйдут пришлые — в гости приходи. Лешак захихикал: — А как же! Приду, приду! Только ты уж бабу-то свою упреди. Ишь как она прошлый раз заголосила — весь лес седмицу в ушах ковырял! Мы посмеялись немного, потом лешак дал пинка малому и вслед за ним соскользнул в речной омуток. Размышляя об услышанном, я несколько отвлекся и поэтому не воспринял очередной шуточки своей драгоценной дочки. Честно говоря, я так ушел в себя, что не заметил бы лесовоза, пока бы он меня не переехал… Кусты бесшумно раздвинулись, и мне на грудь обрушилось гибкое мускулистое создание в пятнистой шкуре и с кисточками на ушах. Повалив меня на землю, рысь с урчанием принялась облизывать мне физиономию. — А ну, не дури! Драли тебя мало! — рявкнул я. Отряхивая ладони, Машка встала с травы и протянула мне руку. — Ладно-ладно. Еще пока сам могу встать. Но в следующий раз поосторожнее будь — так и ребра отцу переломать недолго. И вообще, в доме чужие, сколько раз говорил — не перекидываться на открытом месте… — Опять ворчишь, папаня, —улыбнулась Машка, — тебе бы барсуком быть… — Поговори у меня! Есть-то хочешь? — Как дикий зверь! — радостно завопила моя дочь. — А что у нас?.. — Что, что… Кука с маком. Чего мать даст, то и будешь лопать. Пошли-ка. Машка откровенно радовалась жизни. По дороге она то принималась рассказывать об институтских делах, то расспрашивала меня о делах нашего леса, то просто, разбежавшись, проходила десяток метров колесом. — А что за гости в этот раз, пап? Телевизионщики? А как ты думаешь, мы с тобой хотя бы в «Новости» сгодимся? А из меня ведущая выйдет? А если со стриптизом? В общем, дурачилась моя дочь вовсю. Я шел и улыбался, пока мы с ней не подошли к последнему повороту дороги, с которого виден дом. Тут я остановился и положил Машкин рюкзак на траву. — Стой. Садись. По команде «стой» Машка замерла с поднятой ногой, затем плавно приставила ее и без помощи рук села в позу лотоса. |