Книга Искатель, 2006 № 07, страница 63 – Журнал «Искатель», Виктор Банев, Алексей Лебедев, и др.

Попутный ветер дул неделю, потом настал штиль. И опять, создавая влажную духоту, тропический океан едва катил однообразно-пологие волны. И опять в сонной истоме чуть покачивались казавшиеся уязвимыми и хрупкими, как скорлупки, каравеллы измученных мореходов. Штиль сменился неожиданными штормами. Волны трепали и окатывали чуть не до верхушек мачт истерзанные корабли. Во время бури моряки с «Сао Габриэля» потеряли из виду «Беррио». Как было заранее условлено с командором, Николау Коэльо направился прямо в Португалию.

Зайдя на ортрова Зеленого мыса, «Сао Габриэль» поплыл дальше. Пауло с постели больше не поднимался. Когда к нему в каюту кто-нибудь заходил, он спрашивал, какой ветер; всей душой он стремился к родине, где надеялся выздороветь. Васко да Гама старался чаще находиться рядом с братом. Но они почти не разговаривали, не привыкнув проявлять друг к другу нежные чувства. Командор понимал, что бесполезно выражать сочувствие и произносить пустые слова. Он видел: брат совсем плох.

Наконец «Сао Габриэль» прибыл на Азорские острова. До Португалии было уже близко.

Васко да Гама передал командование кораблем суровому Жоао да Са. Он нашел другую каравеллу, чтобы перевезти умирающего брата на остров Тер-сейру. Там находился францисканский монастырь.

— Обязательно везите больного в монастырь, — с огромным уважением и приличествующей печалью советовал капитан местной каравеллы. — Я слышал, будто кроме духовного утешения монахи могут оказать медицинскую помощь.

Пауло подняли с постели, вынесли из каюты и долго не могли опустить в лодку, которая то взлетала на волне, то скатывалась, как в провал, между волнами. Вместе с Пауло переехал и Васко.

Перед переездом проститься с Пауло да Гамой пришли Жоао да Са, Альвариш, Аффонсо, Нуньеш и Монсаид. Пришли и матросы: боцман Алонсо, его приятель Дантело и те, кто остался от команды «Сао Рафаэля». Некоторые из них плакали и крестились. Чувствуя приближение смерти, Пауло да Гама вяло простился с товарищами и безучастно глядел на исчезавший вдали силуэт «Сао Габриэля».

Каравелла, на которую перешли братья, отплыла на остров Терсейру. Все незнакомыелюди, окружавшие их, знали о блестящем завершении плавания в Индию. Моряки выражали глубокое уважение командорам, совершившим такой небывалый подвиг, и старались хоть чем-нибудь им услужить.

На Терсейре Васко да Гама нанял носилки для брата и коня для себя. Остров, возделанный колонистами и черными рабами, был достаточно застроенный, зеленый и чистый. Настоятель монастыря, извещенный о прибытии мореплавателей, встретил их у ворот. Во внутренних двориках и галереях было прохладно, цветники благоухали розами, виноград вился по высокой стене.

Тихий звон колокола на закате умиротворял. Монахи пытались лечить больного, однако могли предоставить ему только покой. Пауло поместили в светлую келью, предложили ему мягкую постель, приятное питье, мед. Но он не мог есть. Васко да Гама от пищи отказался.

Монахи надеялись, что здесь все напомнит больному родные края, что это поможет и Пауло начнет выздоравливать. Васко благодарил их за слова утешения, однако в выздоровление брата уже не верил.

— Вашку, ты помнишь, как мы в юности плавали на лов рыбы с соседскими парнями? — едва шептал Пауло, держа брата за руку и вспоминая родной город Си-ниш, раннее утро и возвращавшуюся с моря лодку под парусом, тащившую тяжелую сеть.