Книга Хозяюшка Покровской крепости. Книга 2, страница 215 – Талия Осова

- Дашенька, голубушка, да я и не против, только у супруга дозволения спрошу, – промолвила я, не в силах сдержать улыбку.

- Да что вы, лишнее это, – важно вскинула она свой курносый носик. – Мы с Дмитрием-то Олеговичем уж обо всём сговорились, и он от помощницы для вас совсем не против. Я ведь по хозяйству всё могу, а вы супругом будете заниматься.

- Ничего себе! – наигранно возмутилась я. – За моей спиной уже и сговор учинила! – упёрла руки в бока, придавая голосу суровость.

- Барынька, Мария Богдановна, не гневитесь только! Вас ведь дома днём с огнём не сыщешь! То в больнице пропадаете, то с Надеждой Филипповной да Верой Никитичной добро перетрясаете и самолично укладываете, – выдала она слезливо. – Не со зла я наперёд-то пошла, а из боязни остаться без вас!

Пришлось успокаивать мою помощницу и велеть собирать пожитки. Однако Дарья не спешила обрастать барахлом, а бережно складывала в холщовый мешочек монеты, заработанные непосильным трудом. Так что считай была уже готова выдвигаться с нами в путь.

Отъезд назначили на самый канун Масленицы, словно предчувствуя скорый приход весны. Снежный наст, хоть и поддавался уже дневному теплу, всё ещё держался крепко, обещая лёгкий путь. День разгорался всё ярче, и солнышко, игриво подмигивая, манило в дорогу. Мысль о том, чтобы добраться до Томска по зимнику, казалась дерзкой, но заманчивой.

- Спасибо вам за всё, дядя Варя, — прошептала, прильнув к барону. - Надежда Филиповна, вы стали для меня настоящей семьёй, — голос мой дрогнул.

- Машенька, береги себя. Пиши нам почаще, — утирала слёзы женщина, которая заменила мне матушку и наставляла на житейские премудрости.

- Саша, Анютку не обижай. Я за подругу встану горой, — прошептала высокому юноше, в последний раз обнимая его на прощание.

- Я сам за неё любого порву, — огрызнулся беззлобно. - Спасибо тебе за науку… и прости, если обидел когда. Был же придурком, чего уж там, — я лишь улыбнулась ему в ответ, давно простив мальчишеские выходки.

- Митенька, не бросай науку. Проси отца тебя в академиюнаправить поступать на инженера. У тебя получится, — потрепала нежно вихры младшего Гуреева, который еле сдерживал слёзы и даже не скрывал этого.

- Машенька, ты за мастерскую не переживай, — заявила Еленка со всей серьёзностью, сама подошла и обняла меня. - Я за девушками присмотрю. Мне очень нравится создавать новые образы.

- У тебя получается просто волшебно, — поцеловала в щёчку эту юную мечтательницу со столь взрослыми намерениями.

С подругами и Афанасьевыми мы простились накануне, и я, признаться, вздохнула с облегчением. Слишком мучительно… рвать душу… Особенно когда эта душа словно прикипела, пусть и на короткое время, пустило корни в твою собственную душу.

Мы прощались надолго, если не навсегда – прощались с надрывом, словно расставались с самой жизнью. Уже тогда я ощутила, как погребены под спудом суровой реальности мои грёзы о дальних странствиях. Утопия... Слишком жестоко время, слишком тернист и непредсказуем путь, чтобы безрассудно бросать на чашу весов собственные жизни. Нас сопровождал отряд бравых казаков, два десятка крепких душ, отправленных на усиление нового таможенного поста у стен Томской крепости.

Не стану утомлять описанием дороги. Путешествие не открыло ничего нового, лишь утомительные вереницы постоялых дворов да убогие условия, коими встречают странников на Руси. Когда всё поменяется к лучшему? Явно... ещё не скоро...