Книга Хозяюшка Покровской крепости. Книга 2, страница 210 – Талия Осова

Я чувствовала, как моя душа наполняется тихим счастьем. Рядом со мной был человек, ради которого я готова была на всё, человек, который освещал мою жизнь своим присутствием. И в этот момент я поняла, что никакие обязательства и чужие мнения не смогут затмить то чувство, которое родилось между нами.

Среди рецептов Карачинской знахарки нашла всё нужное. Теперь и её слова о выполненном долге обретали кристальную ясность. Словно сама судьба готовила меня к этой миссии – залечить все раны любимого.

Георгий Васильевич и Михаил Парамонович, светила медицины, взялись за лечение Трегубова-младшего с непоколебимой решимостью. Предстояла ювелирная операция, а затем – долгий, тернистый путь восстановления.

Благодаря новому юридическому статусу, для подачи заявления о досрочном завершении школьного обучения опекун больше не требовался. В планах на ноябрь значилось полное прощание со школой и получение заветного аналога аттестата. Документ о приобретённой профессии обещали вручить уже после рождественской кутерьмы, как только сдам аттестационный экзамен.

Все основные дела необходимо было завершить как можно скорее, чтобы ничто не омрачило предстоящее путешествие с супругом. Да, именно супругом, ведь с Дмитрием мы уже назначили дату обряда и с трепетом ждали приезда Ивана Фёдоровича в Тобольск.

Подруги, хоть и с грустью, приняли моё решение с пониманием. Обещали навещать и, конечно же, лично познакомиться с моим избранником.

Тем временем Сибирь укрылась настоящей зимней пеленой: обильные снегопады, словно щедрая рука рассыпала жемчуг, сменялись колючими морозами, от которых стыла кровь в жилах. Но и они отступали, уступая место робкому теплу, словно зима, забавляясь, примеряла разные личины. В этой зыбкой, переменчивой атмосфере мы со дня на день ждали прибытия семейства Калашниковых.

- Завтра Иван Фёдорович к обеду прибудут, сегодня заночевали в имении. В ночь не рискнули ехать даже отрядом, — предупредил нас за ужином Варфоломей Иванович. - Ещё зима только началась, а волки уже лютуют. Девяткин облаву готовит, наших мужиков собирает.

А я в который раз поразилась осведомлённости Гуреева…

- Да, рановато что-то, обычно к исходу зимы начинают скот резать, когда в лесах и прокормиться почти нечем, – чуть задумчиво обронил Олег Дмитриевич. – У нас волки помельче ваших, но стаи собираются большие.

Сердце замирало в предвкушении завтрашнего дня. С каким же выражением на лице встретит Иван Фёдорович весть о скором замужестве его названной дочери? Он всегда был сдержан, немногословен, а его чувства прятались глубоко под непроницаемой внешней оболочки. Но я всегда улавливала то неуловимое, что скрывалось в глубине проницательных глаз. Знала, что за внешней суровостью скрывается безграничная любовь и забота, подобная той, что отец испытывает к родной крови.

«А чего это я вдруг волнуюсь?— задалась вопросом. - Иван Фёдорович давно уже одобрил кандидатуру Дмитрия, ещё когда мы сидели с ним на лавочке под яблоней», — выдохнула и отправилась спать.

Завтрашний день наступит неизбежно. И какой бы ни была реакция Ивана Фёдоровича, я буду стоять на своём. Я люблю Дмитрия, и это чувство сильнее любых предрассудков и опасений. Поэтому надеялась, что Иван Фёдорович поймёт и примет мой выбор.