Книга Камеристка, страница 149 – Дина Зарубина

— Нет-нет-нет, Эрих, это же просто смешно! Вчера наградил, а сегодня награду отобрал? Королю не пристало слыть жадным! — Рафаэль живо сгреб пропуск и сунул мне в руку.

— Ваше величество, к судоговорению все готово, — вошедший секретарь напомнил о делах.

— Да-да, — отозвался Эрмерих.

— Сегодня судебный день? —Вспомнил Рафаэль.

— Вот именно! Хорошо бы тебе тоже иногда вспоминать о делах!

Король вышел. Рафаэль схватил меня за руку.

— Не бойся, Мира, я не позволю тебя обидеть.

Я только вздохнула. Клеймо падшей женщины, развратницы и блудницы мужчинам не грозит, их удали только позавидуют. Вся тяжесть позора падает на голову женщины. После такого скандала у меня две дороги, монастырь или бордель. Еще вариант, сдохнуть в канаве. Пресветлый, что с Телли будет?

— Ты мне веришь? Я устрою тебя в моем доме, ты не окажешься на улице! Хочешь, экономкой назначу? — Спросил герцог, пытливо глядя своими невозможными серыми глазами.

Ну, хоть не судомойкой, и на том спасибо. Экономка — это ранг, это статус. Практически, мечта. Только придти в дом прислугой, когда я имею полное право войти в него хозяйкой, чересчур для меня.

— Ваша матушка будет в восторге! Но спасибо, конечно. Я вам очень признательна. Отпустите мою руку, мне нужно идти собирать вещи.

Не больно-то их много во дворце, но все же оставлять не хотелось бы. Туфли, ночная сорочка, шкатулка с расческами, заколками и шпильками, несколько пар дорогих чулок, ленты, швейные принадлежности. Все поместится в небольшую сумку. И пройти надо будет черным ходом, мне же сейчас в спину только ленивый плюнуть не захочет.

— Леди! Вы здесь! Какое счастье! — В королевскую приемную, которую мы не успели покинуть, вбежал секретарь. — Вас требуют в зал суда! Немедленно!

У меня челюсть отвисла, а душа оказалась в пятках. Так быстро? Уже в суд? Я оттуда могу на каторгу прямиком отправиться! Я задрожала, у меня закружилась голова.

— Я не оставлю тебя, — Рафаэль решительно взял меня за руку. — Идем.

Вот за вовремя протянутую руку я была ему очень благодарна. Мог бы пойти прическу поправить, или камзол срочно поменять. А то время обеденное, а он все в утреннем камзоле, непорядок! Должно быть, что-то такое отразилось в моих глазах, потому что Рафаэль сжал мою руку и тихо сказал:

— Я не такой подонок, чтобы сейчас тебя бросить. Я дворянин! В том, что случилось, я виноват намного больше тебя. Потому что я мужчина, я отвечаю за себя и за свою женщину.

Он вытер пальцем одинокую слезинку с моей щеки и улыбнулся.

Судебный зал был мрачен и великолепен. Узкие стрельчатые окна, полы из серого гранита, широкие квадратныеколонны, трон с возвышением сбоку, прямо — стол судьи, справа столик секретаря. На стене герб Балли, справа и слева свисают флаги Фалезии. Первые два ряда мягких кресел для знатных особ, за деревянной перегородкой кресла попроще.

Народа было мало, не больше двадцати человек. Наверное, в Фалезии хорошее правосудие, если так мало пожелавших вынести свое дело на королевский суд, решила я. Либо жаловаться просто некому.

В присутствии короля Главный судья исполнял роль докладчика, он же делал выжимку из жалоб и заявлений. Голос у него был звучный и отлично слышный во всех уголках огромного зала.

Мы тихо вошли и сели за колонной.

— Супруга ответчика была уличена в применении яда. Волей супруга отправлена в монастырь, что автоматически означает расторжение брака. Поскольку ответчик отказался вернуть полученное за женой приданое, истица требует, чтоб он женился на второй дочери из той же семьи, но уже без приданого, и принял все права и обязанности супруга.