Книга Камеристка, страница 130 – Дина Зарубина

Нежданная гостья с мальчиками в костюмах пажей полчаса назад покинула особняк.

Лилиан вопросительно подняла брови, когда я ей протянула шкатулку из эмали, расписанную райскими птичками и пионами.

— Подарок. Прими на память. Ой, Лили, если бы не ты! Если бы не твои уроки! Не наши сценки! Я бы совершенно точно растерялась вчера.

Я стукнула кулачком по обшивке гардеробной. Герцог гад и мерзавец!

Лили потребовала подробного рассказа.

— Правильно, — сказала она, отсмевшись. — Быстро полученное не ценится. Крупную рыбу надо вываживать. Теперь он готов к большой игре. Он будет тебя выслеживать, будто гончая! Думаю, неделька-две у нас еще есть. Действуем по плану.

Поговорив с Лили, я направилась к Талиане, сидевшей с вышивкой на скамейке в парке. Начало осени в Фалезии выдалось удивительно жарким. Весь двор проводил время на воздухе.

Фрейлины королевы играли в волан. Королева была рассеянна и за игрой не следила.

Эбби в беседке пытала казначея, задавая ему крайне неудобные вопросы. Казначей вынужден был отвечать вежливо, потому что в беседке сидел еще и его величество. Эбби сама попросила его, подозревая, что без Эримериха чиновники будут отделываться пустыми фразами.

Эрмерих слушал, незаметно увлекся, заглянул в бумаги, уже сам начал задавать вопросы. Его обкрадывают, обкрадывают давно и нагло, а он только сейчас об этом узнал? Эримерих посмотрел на Эбби совсем другими глазами. Если бы она ему прямо сказала, он бы не поверил. Но вот так, с цифрами, с бумагами… Доходчиво и понятно?

Он болван! А Рафа болван еще больший. Потому что Эбби относится к тем редчайшим женщинам, которым не нужно мужское плечо. Она сама его готова подставить в случае необходимости. Нелегко было признаться даже себе, но ее высочество обладает государственным умом. Нет, живя с такой женой, он бы чувствовал, что у него в постели лежит не супруга, а совет министров в полном составе. Но дружить с такой женщиной, иметь ее в союзниках… О-о-о!

Послав мягкую улыбку сверлящей его ревнивым взглядом Фаустине, король снова обернулся к казначею.

Талиана заканчивала вышивку. Лили показала нам манкойскую вышивку тонкими атласными лентами и теперь под тонкими пальцами расцветал букетик фиалок.

— Чудесно. Сделаешь подушечку? — Я поклонилась в сторону беседки и подсела к фрейлине. Кристина на соседней скамейке увлеченно кокетничаласразу с тремя кавалерами и помешать разговору не могла.

— Маме сделаю ридикюль.

— Баронесса здорова?

— Да, благодарю. Все в порядке.

Я протянула Талиане сложенную в восемь раз записку. Бумага пожелтела, кончики пообтрепались.

— Что это? — Талиана развернула записку. Ее пальцы задрожали, на глазах выступили слезы. Я села как раз так, чтоб загораживать ее от остальных. — Почерк брата!

— Если ты не знала, то подругу твоего брата звали Оливией, — я поковыряла ногтем сиреневый лепесток вышитой фиалки.

Талиана свернула записку, сунула за корсаж. Миг слабости прошел. Передо мной снова была стойкая, сдержанная девушка.

— Я знала, — глухим голосом сказал она. — Михаэль сам мне сказал. Много он мне не рассказывал, но имя назвал. Он встречался с замужней женщиной. Простолюдинкой.

— А что она была в тягости, сказал? — Я разжала рук девушки и положила на ладонь тонкое серебряное колечко. — Оливия очень дорожила твои братом, берегла его подарки. Там внутри гравировка «М» и «О».