Книга На грани, страница 68 – Светлана Воропаева

Вике странно было видеть себя такой. И дело было вовсе не в обличье, просто она чувствовала в себе силу и мощь. Теперь, войдя в комнату переговоров с руководством банка, по энергетике она была бы с ними на равных, невзирая на отсутствие должного опыта и регалий. Не нужно было бы окутывать себя непроницаемыми шаром или наполнять дополнительной энергией. Ей было удивительно ощущать себя столь значимой фигурой без использования магии. И снова этот факт ей пока было сложно принять. Она не понимала, как соединение с тотемным животным может дать такую мощь. Может, это лишь сон? Может, она выдаёт желаемое за действительное?

С этими мыслями Виктория пошла спать, с ними же проснулась около шести утра. Крепко обняла спящего рядом мужа и попыталась опять заснуть, но не вышло. Вика решила себя не мучить, встала, налила кофе и выскользнула на веранду.

У соседнего коттеджа в кресле сидела большая лиса. Пятницкая резко закрыла глаза: это недосып или алкоголь? Спустя пару мгновений посмотрела вновь, увидела вместо лисы свою маму, облегчённо выдохнула и пошла к ней.

— Привет, милая! Ты снова не спишь в такую рань? — удивилась Анастасия Георгиевна, увидев дочь.

— Не могу. Просыпаюсь и всё.

Мама пристально посмотрела на неё, едва заметно качнула головой, явно неодобрительно, а потом сменила тему беседы:

— Не спросила вчера, какое у тебя основное тотемное животное? Медведица или пантера?

— Медведица, — ответила Вика. — Чёрная, если это важно.

— Отчасти важно. А я всё гадала, что за животное. И да, чёрная. Ты более продуктивна в тёмное время суток, у тебя тесная связь с луной и землёй. Ты сильна, хоть пока и не принимаешь это на веру. И порой тебе жизненно необходимо одиночество. Да, медведица, теперь это кажется очевидным. Для пантеры ты слишком быстро адаптируешься в новых обстоятельствах, а они не любят быстрых изменений, да и предпочитают не выходить из зоны комфорта.

— Ты же сразу увидела, что я соединилась со своим тотемом, разве не увидела с каким?

— Нет, это видит только сам человек, и только он может показать или рассказать другим. Я лишь могла догадаться по некоторым чертам твоего характера и предрасположенностям.

— А твой тотем — лисица? — вдруг спросила Пятницкая.

Мама недоумённо улыбнулась.

— Я это увидела, мам, — поразилась Вика своей догадке. — Странно, что ты сказала, что это невозможно.

— Ты сильнее, чем я предполагала. Снимаю шляпу.

— Ну что ты… — смутилась Виктория.

— Да-да, сильнее и меня, и тех, кого я знаю. Однажды ты это поймёшь и примешь.

— Как-то странно всё, мам: с одной стороны я слышу, что однажды это придёт, с другой стороны слышу, что опаздываю по своему божественному расписанию. Как такое возможно?

— В этом есть и моя вина, — спокойно признала Анастасия Георгиевна. — Не нужно мне было прерывать твоё обучение. Я ошиблась тогда. Впрочем, нет проку от горестных мыслей, этого уже не изменить. Надеюсь, ты сумеешь наверстать упущенное.

— Делаю что могу, — успокоила её Виктория. — Какая особенность у твоего тотема?

— Быть незаметной, — усмехнулась Анастасия Георгиевна. — Я быстро адаптируюсь в любых ситуациях, поэтому можно неверно подумать, что я всегда спокойна и рассудительна.

— А это не так? — пошутила Вика.

— Ничто человеческое мне не чуждо, даже негативные эмоции, — тоже пошутила мама. — Лисья мудрость и скорость к адаптации позволяют мне быстро понять суть происходящего, и эмоции сходят на нет за ненадобностью. Это опыт. Ты сейчас тоже получаешь этот опыт и редким людям показываешь свои истинные чувства, однако проживай свои эмоции потом, в одиночестве или с кем-то — неважно. А пока ты их, как я вижу, копишь внутри, а не проживаешь. Это плохо. Это мина замедленного действия. Эмоции нужно проживать, пусть не в моменте, когда это не идёт на пользу при тех или иных обстоятельствах, но при первом же удобном случае.