Книга Брак графини ван дер Вейн, страница 72 – Даниэль Брэйн

Я постучалась в приоткрытую дверь, из-за которой доносились звуки шагов, и уже не сдерживала слезы – очень больно. Кто-то за дверью остановился, но не счел нужным откликнуться, и я просто ввалилась в комнату, тут же расплывшуюся из-за слез.

– Господин секретарь?

Узнал, паршивец. Неудивительно, да и одежда тут позволяет почти безошибочно опознавать человека. Но дальше произошло непредвиденное.

– Ваше сиятельство… – смущенно поправился Дамиан, а я закрыла дверь и обреченно привалилась к ней спиной. Все равно я уже никуда не могла двинуться. Меня загнали как волчицу – я сама себя загнала.

Удивили ли меня его слова, испугали? Пожалуй, нет, я приняла разоблачение стоически. Я все равно подобного ждала с первого дня, как надела штаны, и чувствовала себя как преступник, которому наконец-то защелкнули на запястьях наручники и ведут в полицейский автомобиль. Впереди неизвестностьи малоприятные дни в местах лишения свободы, но хоть какая-то определенность, и больше не надо бегать, скрываться, пытаться уйти, шарахаться от людей и отворачиваться от вездесущих камер видеонаблюдения.

– Как ты… как ты узнал?

Где один, ведь там и другие?.. Сколько еще человек меня узнали и молчат? Если молчат, есть причина, а значит, это еще не конец. Сквозь пелену слез я увидела, как Дамиан провел рукой себе по бровям.

– Что? – переспросила я и сморгнула, потом все же утерла слезы. Он так и горло мне перережет, а я даже и не пойму. – Что это значит?

– Крылья, ведьмина метка, – негромко пояснил он. – Так было странно, еще когда я вас впервые увидел. Яркие крылья, такие приметные. Не думал, что девицы на отбор попадают с крыльями.

Какие крылья? Что он несет? Он спятил – тогда мне повезло, может говорить, что взбредет, все равно никто не придаст его брехне никакого значения… Я тряхнула головой, потом увидела кресло, на котором валялась куча всего, бесцеремонно допрыгала до него и свалилась прямо на какие-то вещи. Сквозь штаны меня что-то кольнуло в бедро, но я даже не попыталась поменять позу. Ногу я вытянула – она все-таки была безобразно кривой, мужская одежда этого не скрывала ни капли, вот и еще одна особая примета… захотят найти, и стоит объявить грошовую награду, как меня сцапают, не успею пройти пары улиц.

Дамиан зачем-то выглянул в окно, ничего интересного там не увидел и повернулся ко мне.

– Вы не знаете? – Я замотала головой. Какие, к чертям, крылья, откуда? – Ваши брови.

Я захлопала глазами. Брови, а что брови? Ну, они у меня прекрасные, в отличие от…

– Погоди?..

Дамиан улыбнулся, а я – я дернула рукой, но удержалась. Еще с размаху хлопнуть себя по лбу не хватало в довершение ко всему. Брови, да. У меня, конечно, были «немодные» брови, я обратила на это внимание, но так – без каких-либо выводов, списала на то, что Йоланда была деревенщина, а не столичная штучка. Но, возможно, бровями тут играли, как в мое время – губами и тем, что пониже. Впрочем, бровям в мое время тоже досталось, только причина была в маркетинге, а не в суевериях.

– Я еще тогда думал – почти колдунья мать. И этого не скрывает. И отбор…

– Почему колдунья? – переспросила я. – Или – почему мать?

– Считается, хотя сие и неправда, что чем гуще брови у девушки, тем больше шансов у нее родитьколдуна. Если она понесет от колдуна, разумеется, ваше сиятельство.