Книга Брак графини ван дер Вейн, страница 49 – Даниэль Брэйн

– Эм-м… госпожа Корре, сделайте то, что велит ее сиятельство?..

Он сам был не очень уверен в своих словах, но почему-то не приказал позвать слуг и применить ко мне силу. То, что мать Йоланды арестовали, как-то повлияло на его поведение, или ему дали команду не нервировать невест, или он рассчитывал поживиться? Последнее – весьма вероятно.

Повитуха плескалась в воде. Что конкретно она делает, я не видела, она стояла ко мне спиной, но вроде бы отмывала руки добросовестно.

– Вот, ваше сиятельство, – она повернулась, тщательно снова вытерев руки о юбку – боже мой! – и опять двинулась ко мне. – Извольте стоять смирно.

Хорошо, буду стоять. Буду надеяться, что ничем не заболею после твоего визита. Надо было попросить хотя бы вино для того, чтобы простерилизовать ее перемазанные неизвестно чем руки, но – кто знает, не запишут ли меня сразу в умалишенные или, что тоже вероятно, не отправят ли в тюрьму, может, здесь подобное почитается за колдовство похуже, чем превращение в птицу.

Повитуха приблизилась, упала на колени и полезла мне под юбку. Я стиснула зубы. Приятного мало и без того, что этот осмотр носит характер фарса.

От прикосновений я вздрогнула и посочувствовала тем, у кого эта старуха принимала роды.

– Больно же, – дернулась я. А интересно, не совершит ли эта карга сейчас какую-нибудь диверсию? – Осторожнее, коновалка…

Старуха корчила рожи и продолжала меня ощупывать. Забавно, что она не заглядывала под юбки, целиком и полностью положившись на собственные руки. Я шипела, но терпела. Чувствовала я себя весьма мерзко.

– Девица, – вынесла она вердикт. Доктор кивнул. Повитуха встала, в который раз обтерла руки о юбку, выпрямилась и начала щупать мое тело от живота, поднимаясь все выше. – Тоща-то, господин доктор! Ажно костьми гремит. Вона, как рожать будет? А кормить чем? – она обличающе ткнула меня пальцем в корсет. – Так-то девка крепкая. Но лядащая.

– А ну придержи поганый язык! – рявкнула я. – Какая я тебе девка, шваль подзаборная? Забыла, к кому пришла? Вон пошла!

Осмотрела и ладушки. Я несильно ткнула старуху в плечо и с видом королевы принялась демонстративно охорашиваться. Доктор покивал.Я нахмурилась, ожидая, пока эти двое соизволят свалить в преисподню.

– Чем болели, ваше сиятельство? Лихорадка, оспа, падучая? Истекаете регулярно? – приступил доктор к допросу. – В истечениях слабы, маетесь? Сны греховные наблюдаете? Помыслы нечистые посещают? Телом им потакаете?

Вот теперь мне стало понятно, что Федерика в лучшем случае переспросила бы пару раз – я и сама не сразу сообразила, о чем он спрашивает так витиевато. Требовалось так же замысловато ответить, хотя больше всего хотелось назвать его невеждой и дремучим козлом. Как будто это все влияет на фертильность!

– Маетесь животом, ставите ли клистиры, как часто пускают кровь?

– Я здорова, господин доктор, – сглотнув, чтобы и в самом деле не сказать лишнего, ответила я. – Не болела ничем перечисленным, – ну, наверное, – истекаю… регулярно, безболезненно, либи… – О черт! – Сны греховные… – Переключаю, да-да! – Не посещают, тело целомудренно, стул регулярный оформленный, кровь… тут пускали, не знаю зачем, – злорадно добавила я. – Вестимо, воздух столицы портит то, что вырастили чистые деревенские хлеба.

Выкрутилась? Или нет?