Книга Истории из Тени, страница 27 – Елена Бабинцева

Она вошла, не дожидаясь ответа. Скорб отпрянул к стене, шипя, как кот.

– ЧТО ОНА ДЕЛАЕТ? Она не должна быть здесь! Это наша территория!

Лика обвела взглядом комнату. Взглядом не осуждающим, аизучающим. Она вздрогнула, когда её глаза скользнули по углу, где клубился Скорб.

– Ого, – тихо сказала она. – Так вот ты какой.

– Ты… ты его видишь? – прохрипел Артём.

– Не совсем вижу. Чувствую. Холодное, липкое, голодное. Оно к тебе привязалось, да?

– Убирайся! – зарычал Скорб, но в его голосе впервые появились нотки не уверенности, а паники.

– Молчи, паразит, – спокойно сказала Лика, даже не глядя в его сторону. Она подошла к Артёму и взяла его за руку. Её прикосновение было обжигающе тёплым. – Он питается твоей болью. Чем больше ты страдаешь, тем он сильнее. И он делает всё, чтобы ты страдал больше. Классическая схема.

– А ты… кто? – спросил Артём, чувствуя, как под её пальцами в его окоченевшей руке пробуждается что-то забытое – простое ощущение контакта с другим человеком.

– Я… чистильщица, – усмехнулась она. – Не в бытовом смысле. У меня дар. Я вижу сущностей, которые питаются эмоциями. И иногда… помогаю от них избавиться. Твой дружок – особенно мерзкий экземпляр.

Скорб завыл и бросился вперёд, тень сгустилась, потянулась к Лике длинными щупальцами. Но она просто подняла свободную руку, ладонью вперёд.

– Не-а. Ты привык к его боли. К отчаянию. А я тебе дам кое-что другое.

Она закрыла глаза. И начала…светиться. Не в буквальном смысле. Артём чувствовал это кожей – волна чистого, немотивированного, безусловного спокойствия. Не радости, не счастья – именно покоя. Как тихая гавань после бесконечного шторма. Этот покой исходил от неё и обволакивал его.

Скорб завизжал. Тень его задёргалась, поплыла, как дым на ветру.

– Что это?! Прекрати! Это против правил! Он мой!

– Он ничей, – твёрдо сказала Лика. – И особенно – не твой. Убирайся. Ищи себе другую закусочную. Эта закрыта.

Она сделала шаг вперёд, и волна покоя стала сильнее. Артём впервые за много месяцев почувствовал… тишину. Не внешнюю – внутреннюю. Надсадный, изводящий шепот Скорба, его собственные мучительные мысли – всё это отступило, приглушилось, словно между ним и болью опустили толстое стекло.

Скорб, сжавшись в комок тьмы у потолка, издал последний, полныйбессильной ярости шипение и – растворился. Не с эффектом, а будто его и не было. В комнате стало просто пусто. И светло. Хотя свет не включали.

Артём рухнул на пол, рыдая. Это были не рыдания отчаяния. Это были судорожные, горловые спазмы освобождения. Лика опустилась рядом, обняла его, прижала к себе. Она не говорила «всё будет хорошо». Она просто держала. И её тишина, её покой текли в него, заполняя чёрные дыры, оставленные демоном.

– Он… вернётся? – смог выговорить Артём, когда рыдания стихли.

– Попробует, – честно сказала Лика. – Такие сущности накрепко привязываются. Но теперь ты знаешь его имя. И знаешь, что у него есть антидот.

– Что?

– Покой. Простой, человеческий покой. Он для них как яд. Он не может переварить отсутствие боли. Когда тебе плохо – он силён. Когда ты просто… есть, дышишь, пьёшь чай, смотришь в окно – он слабеет. Я не могу быть с тобой всегда. Но я могу научить тебя находить этот покой внутри. Это не будет быстро. Будут срывы. Он будет шептать из щелей. Но теперь у тебя есть оружие.