Книга Контракт для герцогини, страница 66 – Ада Нэрис

Он сделал ещё шаг вперёд, и теперь они были разделены лишь узким пространством между полками. Эвелина почувствовала лёгкую панику. Это была не та холодная, подавляющая близость герцога. Это было что-то игривое, опасное, насквозь театральное.

— Я читаю, — твёрдо сказала она.

— Читаете? Или ищете ключ? — Он скользнул взглядом по корешкам книг над её головой. — Ключ к ледяной крепости моего брата, например? Это опасное предприятие, знаете ли. Можно отморозить… чувства.

— Я не ищу ключей, — возразила она, и в её голосе зазвучала та самая сталь, которую он у неё уже слышал. — И вам не стоит тратить на меня своё время, лорд Себастьян. Оно потрачено впустую.

— Впустую? — Он рассмеялся тихим, бархатным смехом. — О, нет, моя дорогая. Вы — единственный источник света в этом мрачном склепе. Единственное, что здесь дышит, чувствует, надеется. Я восхищаюсь вашей… изобретательностью. Найти себе занятие в этом царстве сна. И так блестяще притворяться, что вас всё устраивает.

Его слова были как уколы. Он видел её роль. Играл с ней.

— Меня всё устраивает, — солгалаона, глядя ему прямо в глаза.

— Неправда, — парировал он мгновенно, и его улыбка сменилась на мгновение чем-то почти серьёзным. — Я вижу тревогу в ваших глазах, когда вы смотрите в окно на ту деревню. Вижу, как вы вздрагиваете, когда мой брат входит в комнату. Вы не счастливы здесь. Вы — пленница. Самая красивая, самая умная пленница, но всё же.

Он протянул руку и, прежде чем она успела отпрянуть, кончиком пальца слегка коснулся пряди её волос, выбившейся из причёски.

— И такой роскошный трофей не должен пылиться в башне, — прошептал он. — Он должен блистать. Смеяться. Жить. Вы заслуживаете шампанского, балов и комплиментов, а не вот этого… вечного траура.

Эвелина отстранилась, её сердце бешено колотилось. Это был уже не просто флирт. Это была диверсия. Попытка раскачать лодку, как и предупреждал Доминик.

— Вы переходите границы, — сказала она холодно.

— Границы? — Он снова рассмеялся, но в его глазах не было раскаяния. — Какие границы? Границы приличия? Их установил мой брат. А я, знаете ли, специалист по нарушению братских правил. Меня за это даже любили в некоторых лондонских гостиных.

Он отступил на шаг, давая ей пространство, но его взгляд продолжал удерживать её.

— Подумайте, герцогиня, — сказал он уже почти шёпотом, но так, чтобы каждое слово было ясно. — Ваш… брак. Он ведь не совсем обычный, не правда ли? Сделка? Контракт? Я ведь кое-что слышал. И я просто не могу допустить, чтобы такая женщина, как вы, тратила год своей жизни на роль в спектакле, режиссёр которого даже не знает, как улыбаться. — Он наклонился чуть ближе, и его голос стал сладким, как яд. — Может, стоит подумать о более… весёлом сценарии? С более благодарным партнёром?

Это было уже откровенное предложение. Предательское, циничное и рассчитанное на её недовольство и одиночество. Эвелина почувствовала, как гнев поднимается у неё внутри, смывая смущение.

— Вы ошибаетесь, лорд Себастьян, — проговорила она, и каждое слово падало, как камень. — Вы ошибаетесь в природе моего брака. И вы жестоко ошибаетесь во мне. Я не игрушка для вашего развлечения и не приз для вашего соперничества с братом. А теперь, если вы позволите, мне нужно закончить моё чтение.