Книга Контракт для герцогини, страница 103 – Ада Нэрис

— Ваша светлость, — начала она, не дожидаясь приглашения подойти ближе. Она остановилась посреди комнаты, выпрямив спину. — Мы должны поговорить. О вчерашнем. О вашей… войне.

Он молча кивнул, давая ей продолжать. Его глаза внимательно изучали её лицо, ища в нём следы истерики, страха, упрёка. Не найдя.

— Вы сказали, что я на линии огня. Что я — слабое место, по которому бьют. Вы предлагаете мне выбор: быть пешкой или узнать правила, — её голос был ровным, деловым. — Я делаю свой выбор. Я отказываюсь быть пешкой.И я отказываюсь быть просто слабым звеном, которое только и делает, что прячется и ждёт следующего удара.

Он слегка приподнял бровь, но не перебивал.

— Я предлагаю вам союз. Не фиктивный брачный контракт, а реальное, стратегическое партнёрство. Вы ведёте свою тихую войну в кабинетах и с помощью документов. У вас есть власть, деньги, сеть агентов. Но у вас нет того, что есть у меня.

Она сделала шаг вперёд.

— У вас нет доступа ко мне. Вернее, того доступа, который есть у леди Блэквуд. Я — ваша жена. В глазах света я — наивная, не слишком далёкая провинциалка, которой несказанно повезло, которую жалеют и которую… недооценивают. Меня приглашают в салоны, со мной любезничают, мне доверяют светские сплетни, считая, что я всё равно ничего не пойму. Я — идеальный, незаметный слушатель. Идеальный сборщик информации.

Он нахмурился. В его глазах вспыхнула искра — не гнева, а резкого, неодобрительного понимания.

— Вы предлагаете шпионить, — произнёс он отточенно, без эмоций.

— Я предлагаю наблюдать и слушать, — поправила она. — То, чем вы занимаетесь каждую ночь с балкона, но в самой гуще светского муравейника. Вы назвали своих врагов. Лорд Кэлторп, его покровители. Их окружение. Я могу быть вашими глазами и ушами там, куда вы, герцог Блэквуд, «Лорд Без Сердца», со всей своей репутацией, войдёте только как грозная туча. Я же войду как безобидная мушка. И я вынесу оттуда то, что вам нужно: настроения, намёки, случайно обронённые фразы о контрактах, связях, долгах. Всё то, что не пишут в официальных бумагах.

Он отвернулся, снова глядя в окно. Его плечи были напряжены. Она видела, как работает его ум, взвешивая риски, просчитывая варианты.

— Это безумие, — сказал он наконец, но в его голосе не было окончательного отказа. Была борьба. — Вы не понимаете, с кем имеете дело. Одно неверное слово, один слишком умный взгляд — и они вас раскусят. И тогда…

— И тогда со мной случится то, что уже пытались сделать, — закончила она за него. — Я осознаю риск. Но я также осознаю, что риск этот существует независимо от моего выбора. Я уже мишень. Позвольте мне быть не просто мишенью, а… активным участником обороны. Дайте мне шанс защитить себя, вооружившись знанием. И помочь вам.

Молчание повисло в комнате, густое и значимое. Он медленно повернулся к ней. Еголицо было непроницаемо, но в глубине глаз бушевала буря.

— Допустим, я соглашусь с этой… авантюрой, — произнёс он медленно, отчеканивая каждое слово. — Тогда будут условия. Жёсткие. Не правила, а железные законы. И вы не сможете нарушить ни одного. Ни при каких обстоятельствах. Иначе всё кончено. Мгновенно.

Она кивнула, не опуская глаз. Её сердце колотилось, но в груди разливалось странное, почти ликующее чувство — чувство возвращающегося контроля над собственной жизнью.