Книга Кухарка для дракона, страница 92 – Ада Нэрис

Аррион сделал шаг вперёд и чуть склонил голову — не поклон, а скорее знак внимания.

— Добро пожаловать, — сказал он. Голос звучал ровно, но Элла слышала в нём напряжение. — Располагайтесь. Сейчас подадут ужин.

Калеб, как самый смелый,первым шагнул к столу, сел на лавку. Остальные последовали его примеру. Женщина села ближе к камину, грела руки у огня.

Элла нырнула на кухню и начала собирать поднос. Первым делом — суп. Горячий, наваристый, с кусочками курицы и зеленью. Она разлила по глубоким тарелкам, посыпала свежим укропом, поставила на поднос. Хлеб — ломти, нарезанные толсто, с хрустящей корочкой.

Аррион взял поднос и понёс к столу. Элла видела, как он ставит тарелки перед гостями — аккуратно, не торопясь. Как отходит в сторону, давая им попробовать.

Калеб взял ложку первым. Зачерпнул суп, подул, отправил в рот. Жевал, глотал. Замер.

— Ну что? — не выдержал один из мужчин.

— Вкусно, — сказал Калеб. И добавил, помолчав: — Очень вкусно.

Остальные тоже начали есть. Сначала осторожно, пробуя, будто боясь подвоха. Потом быстрее, увереннее. Женщина отломила хлеб, макнула в суп, закрыла глаза от удовольствия.

Элла на кухне собирала следующее блюдо — рагу. Густое, с мясом, картошкой и морковью, томившееся в печи несколько часов. Она разложила по мискам, добавила сверху зелени. Аррион снова унёс.

К тому времени, когда он поставил рагу на стол, суп был уже съеден почти до дна. Гости оживились, заговорили — сначала тихо, потом громче.

— А мясо какое мягкое, — сказала женщина. — Прямо тает во рту.

— И подливка наваристая, — добавил один из мужчин. — Я такого давно не ел.

Калеб молчал, но ел быстро, с аппетитом. Элла видела это в приоткрытую дверь кухни и улыбалась.

Пироги подоспели как раз к тому моменту, когда с рагу было покончено. Румяные, пышные, они пахли так, что даже Аррион, который обычно ел мало, покосился в их сторону.

Элла вынесла пироги сама. Поставила на середину стола большое блюдо, присыпанное мукой.

— Угощайтесь, — сказала она. — С капустой и грибами. Сама пекла.

— Сама, — усмехнулся Калеб. — Мы знаем, как ты печёшь. Помню тот пирог, что ты мне давала пробовать.

— Этот лучше, — заверила Элла.

Пироги разошлись мгновенно. Гости хватали их, ломали руками, макали в сметану, которую она тоже выставила. Женщина съела два куска и попросила добавки.

Элла смотрела на них и чувствовала, как напряжение потихоньку отпускает. Они ели. Им нравилось. Они улыбались, разговаривали, смеялись. Страх ушёл, остался только аппетит и удовольствие.

Она поймала взгляд Арриона. Он стоял у стены, чуть в стороне, но тоже смотрел на гостей. И в его золотых глазах больше не было настороженности — только спокойное, тёплое удивление. Получилось.

Калеб, доев третий пирог, откинулся на лавку, довольно погладил живот.

— Элла, — сказал он громко, так, чтобы все слышали, — ты чудо. Я думал, в городе лучшая стряпня, а ты их всех за пояс заткнёшь.

Остальные закивали, загудели согласно.

— А хозяин, — добавил один из мужчин, осторожно косясь на Арриона, — молодец. Уютно у вас. И не страшно совсем.

— Не страшно, — подтвердила женщина. — Думала, жуть увижу, а тут цветы, тепло... как в раю.

Аррион чуть заметно улыбнулся. Элла это видела — только она и могла заметить эту едва заметную дрожь губ.

— Приходите ещё, — сказал он негромко. — Всегда рады.