Книга Не сглазь и веди, страница 57 – Джульетта Кросс

– Что случилось? – растерянно пробормотала она. И именно это мне было нужно – чтобы она еще хотя бы минуту оставалась в таком состоянии.

Я встал рядом с Изадорой и мягко положил руку поверх ее ладони, сжимавшей руку Эммы.

– Я загляну внутрь. Боли не будет.

Девушка в замешательстве нахмурилась, но все равно кивнула, все еще находясь под воздействием моих чар.

Идеально.

Не теряя ни секунды, я окутал ее волной магии и опустил свой голос до гипнотического тона:

– Закрой глаза, Эмма, и покажи мне, где ты была последнюю неделю.

Мне нужно было погрузить ее в транс и порыться в ее сознании.

– Конечно, – повиновалась она и машинально закрыла глаза.

Я сделал то же самое, чертовски надеясь, что внутри ничего не стерли.

– Покажи мне, где тебя держал похититель.

– Хорошо, – согласилась она.

Так я оказался в ее голове и погрузился во тьму.

Эмма тяжело дышала. У нее были завязаны глаза. Я не мог видеть, но улавливал каждый запах и звук. Чувствовал, как запястья стягивают какие-то веревки или бинты. А затем услышал шаги – ко мне приближались двое мужчин.

Послышался один приглушенный голос, потом второй. Щелкнул замок – и дверь отворилась.

– Тридцати минут вполне хватит.

Эмма дернулась, натянув веревки, но мужчина что-то тихо промурлыкал. Ее тело обмякло под воздействием чар, и он впился ей в шею и пил до тех пор, пока она не обессилела.

Овладевший Эммой страх разозлил меня больше всего. Поскольку ее глаза были завязаны, я внимательно слушал, пока мужчина шел от двери к ней. Звуки подсказывали: мы находились в маленькой, тесной комнате. Девушка лежала на кровати или матрасе, но он, должно быть, занимал большую часть помещения, потому что, когда мужчина пошевелился, шорох прозвучал совсем рядом. Появился запах лекарств. Антисептик, которым он протирал ее шею. По крайней мере, он уберег ее от инфекции.

– Хорошая девочка, – промурлыкал он низким шепотом, прильнул к ней и стал жадно пить.

Закончив, он вышел из комнаты и заговорил с кем-то в коридоре. Перед тем как Эмма погрузилась в вызванный токсинами сон, раздался отдаленный звон колоколов. Церковных колоколов.

Ее воспоминания были затуманены чарами; ее разум словно окутал дым. Слышались и другие неразборчивые голоса. Какая-то женщина, не Эмма, плакала в ночи. Следующим связным воспоминанием было то, как она смотрела на мусорный бак в переулке, где я ее нашел.

Я вынырнул из ее сознания и прошептал успокаивающие слова, чтобы помочь заснуть и забыть о моем вторжении. О нашем визите. Чувство вины кольнуло у меня в груди: пришлось добавить еще один слой чар поверх тех, что оставили вампиры. Находиться внутри ее разума было все равно что смотреть на нее, вывернутую наизнанку. Разум девушки был податлив настолько, что она легко следовала за мной, куда бы я ни повел. И вот тогда меня осенило.

– Пойдем, – сказал я и жестом указал направление.

Рубен молча наблюдал, стоя в тени у двери. Джулс была рядом с ним.

Изадора встала и покачнулась. Я схватил ее за руку.

– Ты в порядке?

– Да, – кивнула она. – Все в порядке. Чаще всего у меня не бывает никаких последствий после переноса.

Я проводил ее до двери, крепко держа за плечо, чтобы она на меня опиралась.

– Но обычно ты не тратишь при переносе столько энергии.

– Да, – согласилась она, – не трачу.

Она не протестовала против моей помощи, когда мы шли по коридору. Рубен махнул рукой, и медсестры не заметили, как мы прошли мимо, и навсегда забыли о нашем вечернем визите.