Книга Не сглазь и веди, страница 51 – Джульетта Кросс

– Твою мать, – выдохнула Вайолет и схватилась за грудь, словно у нее в легких закончился воздух.

Деврадж, взятый крупным планом, зависший в миллиметре от губ женщины, и похотливый блеск ее глаз подсказали мне, что дело не только в актерской игре. Незнакомая искра эмоций пронзила меня, как отравленный дротик. Ревность? Ни за что. Это была та же женщина, что и на его фотографиях в Instagram? Конечно, но на тех снимках присутствовало немало и других девушек.

– О господи. – Тиа перевела дыхание и укоризненно посмотрела на меня. – Это наш сосед-вампир?! Ты не сказала мне, что это Деврадж Кумар!

– Что? – Я чувствовала жар, вспотела и была ошарашена собственными бурлящими эмоциями.

– Суперзвезда Болливуда? – В широко раскрытых карих глазах Тиа читались шок и ярость. – Ты, блин, издеваешься надо мной, Изадора?

– Я же тебе говорила, что он актер! Почему ты на меня наезжаешь?

Тиа зашипела, зарычала и зазвучала скорее как оборотень, чем как ведьма. Она обежала диван, схватила с кофейного столика пульт дистанционного управления и остановила фильм.

– Эй! – крикнула Ливви.

– Что за черт? – запротестовала Вайолет.

Клара перестала танцевать, но в ее голубых глазах светились юмор и злоба – выражение, которое я нечасто у нее видела.

– Тш-ш-ш! – Тиа подняла ладонь, листая Netflix в поисках определенной картины. И нашла – очередной болливудский фильм. – Через три секунды вы меня поблагодарите. Просто подожди.

Она запустила фильм, но начало перемотала.

– Давай, Тиа! – крикнула Вайолет.

– Просто… подождите. – Она остановила быструю перемотку и нажала «воспроизвести».

В лучах лунного света стоял Деврадж, пел медленную, печальную балладу о потерянной любви и одновременно снимал белую льняную рубашку. Оставшись в свободных, струящихся белых брюках, он шагнул в мерцающий бассейн, и вода пропитала тонкую ткань.

– Да-а-а-а-а-а, – промурлыкала Вайолет, когда камера показала его великолепную спину и перекатывающиеся под темно-бронзовой кожей мышцы.

Предмет фантазий. Во всяком случае, некоторых женщин. Но не моих. Совершенно.

– Отличный ракурс, – хрустя попкорном, признала Ливви.

Я бросилась к сестрам, которые буквально пускали слюни при виде нашего соседа. По коже пробежал жар, я злилась на них и, признаться, была возбуждена от вида Девраджа. Или от его актерского мастерства. Да, именно так. Все дело было исключительно в актерском мастерстве, фантастическом освещении и чувственной музыке.

– Он такой красивый, – мечтательно вздохнула Клара.

От бассейна с подогревом, в который ступил Деврадж, поднимался пар, вода обволакивала мощные мускулистые бедра, прозрачная ткань липла к телу. Лунный свет заливал его и погружался в тени, вырезанные на точеном животе, когда он повернулся лицом к камере. Одно плечо покрывала татуировка. Черно-синяя мандала с замысловатым рисунком, женственным в некоторых цветочных завитушках и мужественным в резких линиях по внешним краям.

Он сел в воду, оперся руками о бортик бассейна и устремил взгляд вдаль, за пределы объектива камеры. Вода плескалась возле его груди, пар покрывал лицо, волосы свисали в воду. Он печальным голосом пел о горькой тоске и о том, что никогда не получит удовлетворения, которого жаждали его тело, сердце и душа.

Я была потрясена настолько, что не заметила, как в комнату вошли три человека. Я вышла из оцепенения, только когда услышала за спиной глубокий, знакомый голос: