Книга Сделка с драконом. Изобретая любовь, страница 17 – Татьяна Серганова

– Нет, найдут способ специальной огранки и обработки кристаллов.

– Вот видишь! – воскликнул Хэл, шагнув ко мне. – А многие наши артефакторы и ученые уже махнули на кристаллы рукой, посчитав безнадежными. И я тоже… почти. Но твое появление… Может, оно не случайно. И ты здесь, чтобы направить…

– Тебя? – недоверчиво хмыкнула я и покачала головой.

Как у него все красиво складывается.

– И не только. Жрецы мудры, Элли. Они никогда ничего не делают просто так. У всего есть смысл.

– И смысл моего попадания в прошлое – стать твоей музой?

Сарказм скрыть не получилось, да я и не пыталась. Уж слишком фантастично и неправдоподобно звучала его теория.

– Может, и музой. Лишь немного информации, Элли. Я не прошу о многом. Совет, подсказка и все. А взамен любая помощь и возможность вернуться назад. Соглашайся.

Как будто у меня есть выбор. Одна здесь я просто не выживу.

– Хорошо, – после небольшой паузы ответила ему.

И поднялась со стула. Хэл тут же схватил меня за руку и, слегка сжав, потряс.

– Что ж, буду рад сотрудничеству, Элли, – широко улыбаясь, произнес он.

– Взаимно, – вздохнула я, надеясь, что своим решением не совершаю ошибку, за которую потом придется расплачиваться всем. – Только у меня тоже есть небольшое условие.

– Еще одно? – хмыкнул дракон, отпуская руку. – И какое же? Счет в банке?

– Деньги можешь оставить при себе. Этот дом. Он в жутком запустении. Найми слуг, пусть они приведут его в порядок, почистят и отмоют. Ты же сможешь это сделать, не так ли?

Хэл замер. В его взгляде мелькнуло искреннее недоумение – словно он ожидал чего угодно, но только не просьбы о ремонте старого особняка.

– Зачем тебе это? – В его голосе слышалось удивление.

И как ему объяснить, когда и сама не знаешь ответ на этот вопрос.

У меня ведь тоже когда-то была семья. Я не всегда жила в приюте и попала туда лишь в возрасте шести лет. Я помнила, что такое материнские объятия – теплые, надежные, пахнущие лавандой и свежеиспеченным хлебом. Помнила сказки по вечерам, когда отец, сидя в кресле у камина, читал мне о героях и драконах, а мама улыбалась, в которыйраз подшивая мое платье. Помнила колыбельные – тихие, убаюкивающие – и поцелуи перед сном, легкие и такие нежные.

Я помнила, что такое жить в семье.

У нас тоже был дом. Большой и красивый… когда‑то он был красивым. Отец происходил из древнего, но обедневшего рода. Денег на восстановление не было – как и на слуг. Я помню скрипучие доски под ногами, рухнувшую лестницу на второй этаж, дырявую крышу. Во время дождя мы ставили на пол тазы и ведра, и капли наполняли пустой дом ритмичным стуком. Помню запах сырости в углах, потрескавшиеся обои и холод в комнатах зимой, когда дров хватало лишь на кухню.

Но даже тогда это был наш дом.

Родители ушли от лихорадки один за другим. Сначала мама – она всегда была слаба здоровьем, а потом и отец, не выдержав горя. Меня отправили в приют, а наш дом выкупили у королевства за гроши и снесли.

Может, именно поэтому я болезненно реагировала на разрушения этого особняка. Его же можно было спасти. Вернуть былое величие.

– Считай, что это моя прихоть, – уклончиво ответила дракону.

– Прихоть? – повторил он, вновь внимательно изучая мое лицо, словно хотел прочитать мысли. – Хорошо. Я найму слуг. Сам выберу тех, кто не сможет почувствовать в тебе человека. Что насчет имени?