Книга Константин, страница 134 – Лана Морриган

— Спасибо, — тихо сказал он. — За то, что она здесь, с нами.

Константин слегка наклонил голову, принимая благодарность.

— Присаживайтесь к нам, пожалуйста, — сказала мама, делая шаг в сторону. — У нас… простая еда. Но мы будем рады, если вы составите нам компанию.

Константин сел рядом с Леей, чуть отодвинув стул так, чтобы оставить ей пространство.

Мама успокоилась настолько, чтобы снова включиться в привычный ритуал гостеприимства: протянула Константину тарелку с овощами, предложила домашний хлеб.

И только после этого при взгляде на Лею ее лицо вдруг изменилось.

— Солнышко, — она наклонилась вперед, понижая голос, — мы подготовили твою комнату. Проветрили, перестелили постель. Плед тоже положила твой, с лисами. Ты ведь его любила, — она улыбнулась и тут же нахмурилась. — Только где твои вещи?

Она огляделась в поисках сумки.

— И эта одежда, — мама нахмурилась еще сильнее, проводя взглядом по джинсам и светлой блузе. — Я не помню, чтобы у тебя было что-то подобное.

Отец поднял глаза от чашки и перевелвзгляд на Константина.

Он понял, кто дал Лее одежду. Где она жила. Кто сопровождал ее не только как врач.

Лея глубоко вдохнула.

— Мам. Пап.

Отец напрягся.

Мама накрыла ее руку своей, словно стараясь удержать дочь дома.

— Я не смогу остаться жить здесь. У меня теперь другой дом. Я не бросаю вас, — прошептала Лея. — Я буду приходить. Часто. Очень часто. И я буду рядом, когда вам нужно. Но, — она чуть улыбнулась сквозь слезы, — я нашла того, с кем хочу провести вечность.

Листья на старых кленах и молоденьких березах переливались оттенками янтаря, ржавчины и густого красного вина. Они срывались при каждом движении ветра и падали на дорожки очень медленно, намеренно продлевая красоту момента.

Новый дом Радомира и Алисы в Лозовцах смотрелся в этой палитре удивительно гармонично. Светлые стены, широкая веранда, деревянные ступени, усыпанные листьями дорожки — все казалось частью большого полотна из-под кисти искусного художника. На перилах висели два пледа на случай прохладного ветра, на плетеных креслах красиво уложены подушки.

Лея стояла на крыльце, взявшись за перила, и медленно втягивала воздух. Осень пахла поздними яблоками, холодной росой, дымком от соседских печей. И детством.

Она обожала семейные встречи, хоть они были и не такими частыми. Ей нравилось все.

Как мама напевает что-то старое и нежное.

Как отец тяжело вздыхает, что все приготовленное не съесть и за неделю.

Как Алиса хихикает, стараясь всех успокоить.

Как Радомир старается держать набег родственников своей женщины под контролем.

Сзади раздался стук кастрюли о плиту. Мама суетилась на кухне.

— Мам, хватит! У нас плита не выдержит твоего темпа! — воскликнула Алиса, но смех мешал ей звучать строго.

Отец тем временем сидел за деревянным столом на веранде и чистил картошку огромным деревенским ножом, который явно не предназначался для такой тонкой работы.

Алиса носилась между комнатами, то принося плед, то подушки, то стаканы, ей хотелось, чтобы их первая большая встреча в новом доме после возвращения Леи прошла идеально.

Все двигались по дому в каком-то уютном, теплом хаосе.

Из кухни донесся запах яблочного пирога, который мама успела испечь «на всякий случай».

Радомир на веранде накрывал большой стол, каждый его жест выдавал настороженное внимание волка, который следит, чтобы все было идеально для тех, кто важен его женщине.