Книга Константин, страница 121 – Лана Морриган

Выйдя на песок, Лея остановилась, но не обернулась. Плечи дрожали от гнева. Ее тонкое запястье подрагивало, когда она выжимала из волос воду.

Она хотела быть спокойной. Холодной. Расчетливой. Но сдерживать жгучую ревность, как оказалось, было сложнее, чем жажду крови.

Константин подошел ближе, встал позади, позволяя их теням соединиться на песке.

Лея чувствовала его взгляд, и тело невольно отвечало. Дыхание сбилось, мышцы напряглись. В ней боролось все: стыд и желание, раздражение и странная сладость от того, что он наблюдает.

Он любил эти противоречия. Любил, как в Лее вспыхивает жизнь — бурная, дерзкая, такая настоящая, что рядом с ней даже солнце казалось холодным.

Лея закрыла глаза, пытаясь унять сердцебиение, но чем сильнее старалась, тем отчетливее ощущала, что все попытки бесполезны. Она буквально кожей чувствовала улыбку Высшего вампира.

Она сжала кулаки, откинув с лица мокрые пряди, и, не выдержав, резко повернулась.

— Мне нужно позвонить родителям, — заявила она и скрылась в доме, преодолев оставшееся до особняка расстояние с невероятной скоростью.

Лея влетела в дом, оставляя на полу следы воды. В груди все еще клокотала злость, смешанная с неуместным возбуждением. На втором этаже вампирша сорвала с себя мокрую ткань, тут же натянула легкие брюки и рубашку, прошла к зеркалу, просушила полотенцем волосы, расчесала их и включила планшет.

Связь установилась сразу, на экране появилось сосредоточенное лицо мамы. Она поправила очки, вытянула губы, пытаясь понять, все ли сделала правильно. За ее плечом мелькнул силуэт отца.

— Лея! Господи, как же ты изменилась! — голос матери дрожал от облегчения.

Лея сжала планшет крепче.Столько эмоций разом. Радость, боль, вина.

Она улыбалась, кивала, ловила каждое слово. Впитывала звуки их голосов, интонации, мелочи, которые раньше казались обыденными.

Мама расспрашивала о здоровье, о еде, о том, как она себя чувствует. Отец стоял рядом и не отводил взгляд. В какой-то момент он сказал, что все в порядке, что они скучали, что дом без нее опустел.

И тут, как вихрь, в кадре появилась Алиса. Картинка дернулась. Сестра вырвала планшет из рук матери.

— Эй! — раздалось недовольно за кадром, но Алиса уже ушла в другую комнату.

Лея видела, как в глазах сестры промелькнула паника.

Алиса захлопнула за собой дверь.

— Я все знаю, — выдохнула она. Голос сорвался на сип. — Лея… я все знаю!

— Она все знает! — в десятый раз повторила Лея, продолжая держать планшет в руках и панически осматриваться. — Как она узнала? Что она узнала? — продолжала сыпать вопросами. — Константин?

— Я могу предположить, что она узнала о твоем изменении, — ответил он с привычным спокойствием.

— Но?.. — Лея опустила взгляд на экран, когда он вновь загорелся новым вызовом от Алисы. — Что мне ей сказать? Не хочу разговаривать! — выпалила она, неудачно взяв планшет в другую руку и услышав хруст. — Ой…

— Не страшно, — Константин поспешил успокоить свою пару. — Это лишь планшет.

Лея согласно кивала, хотя внутри все кричало: «Все ужасно! Вот так случайно я сломаю кого-то из своих родных!»

Он забрал устройство, мельком осмотрел пострадавший экран и выключил звук.

— Мне кажется, пришло время встретиться с твоей сестрой и поговорить.

Лея по инерции произнесла:

— Да.

Через секунду осознала сказанное и яростно запротестовала.