Книга Константин, страница 100 – Лана Морриган

Лея выключила воду. Дорожки влаги все еще скатывались по телу, звеня при падении на плитку. Она обернулась, откинула с лица мокрые волосы и встретилась взглядом с Константином через матовое стекло.

— Я голодна, — произнесла она обреченно.

Мягкий и внимательный взгляд Константина скользнул по силуэту Леи. Она стояла, едва прикасаясь к холодной поверхности острыми розовыми вершинками, стирая влагу и невольно оставляя следы на запотевшем стекле, маня вампира, которого захватывал ее первобытный голод. Жажда крови. Жажда жизни. И жажда его!

Это чувство отзывалось в нем с пугающей глубиной. Внутри приоткрывалась давно запечатанная дверь, за которой он хранил все то, что пытался усмирить, а после — забыть. Привычный для вампиров стиль жизни. Абсолютно потребительский ко всем и вся. В их мире привязанность, если она не была истинной, осуждалась или высмеивалась. Иметь привязанность — иметь слабость, которой в любой момент может воспользоваться недруг. Жадность. Эгоизм. Злоба. Это все он похоронил, когда понял, что его существование стало бесцельным. А Лея пробуждала в нем не только хорошее, но и плохое. Она вышла из душевой, закутавшись в полотенце. Девушка старалась быть храброй, забыть,что такое смущение. У нее не получилось. На щеках проявился румянец и спустился по шее, выдавая истинные чувства.

Она с вызовом тряхнула головой, поднимая в воздух капельки воды и заставляя Константина зажмуриться.

— Ты утолишь мой голод? — тихо спросила она.

Капли стекали с розовых прядей на ключицы, и каждая из них сверкала в свете лампы, маня стереть нежным движением или подхватить их губами, не дать впитаться в мягкую ткань полотенца.

Девушка остановилась перед Константином, почти касаясь его коленей. Повела плечиком, нарочито небрежно придерживая полотенце.

Плавным движением вампир поднялся с тумбы, выпрямился в полный рост, нависая и чувствуя, как под кожей пульсирует желание.

Между ними оставалось расстояние в одно дыхание.

Он не спешил. Воздух уплотнялся, наполняясь невидимыми искорками тока, что покалывали нервные окончания.

— С удовольствием утолю, — ответил Константин, проведя ладонью по ее влажным волосам и убирая прядь с лица.

Пальцы Леи дрогнули, словно сами собой потянулись к нему, и коснулись края мужской рубашки. В зеленых глазах дрожали отблески света, смешиваясь с отражением Высшего вампира. Лея неосознанно сделала шаг ближе, влекомая силой, что притягивала истинную пару. Тонкой прочной нитью, что не давала забыть друг о друге. Не давала возможности отдалиться. Делала их сильнее.

Казалось, Константин и Лея могли так стоять вечно, наслаждаясь моментом и теплом невинных прикосновений. Мимолетных и легких, как крыло бабочки.

Тишина звенела. Заполняла пространство.

Константин осторожно провел пальцами по розоватой щеке, по линии шеи. И Лея подалась навстречу. Она закрыла глаза, позволяя себе раствориться в ощущениях. Щекой коснулась его руки, щекоча дыханием, оставляя легкие поцелуи на ладони и пальцах. Она дышала неровно, короткими, осторожными вдохами, боясь показаться смешной, неумелой и нарушить волшебство момента, слыша, как его сердце бьется в одном ритме с ее.

Вампир склонился чуть ниже, ощущая кончиками пальцев биение венки на шее.

Лея привстала на носочки и шумно вдохнула воздух рядом с ним, чтобы почувствовать его присутствие всем существом. Напитаться каждой клеточкой тела. Заполнить легкие.