Книга Последняя фея: Охота на бескрылую, страница 27 – Тая Ан

— Тебе в кадры. И на твоем месте я бы не переодевалась.

Я неприятно изумилась. Что еще стряслось? На моей памяти к этому низкорослому полному дядьке, который заведовал кадровым отделом, меня вызывали лишь однажды, подписать документы об устройстве на работу, и встречаться с ним повторно я в ближайшее время никак не планировала.

Но, последовав совету, не стала медлить, сразу же поднявшись по пыльной бетонной лестнице на второй этаж, попав в уже куда более приличный коридор, и постучала в ближайшую дверь с латунной табличкой. Та была не заперта. Внутри маленького душного кабинета за широким столом, заваленным бумажками, сидел тот самый неприятный дядька, и, как только я вошла, он шлепнул на столешницу перед собой маленькую серую книжечку, в которой я узнала свою трудовую.

— Попала под сокращение. Свободна!

Интер-р-е-сное начало. Точнее, судя по всему, конец.

— Что-о-о? Какое еще сокращение?!

— Такое! — Передразнил тот. — Оптимизация кадров. Спать на работе надо было меньше!

Я едва не захлебывалась от возмущения! Это что за поклёп! Да все подтвердят, что я… Хотя, глядя на покрасневшую физиономию кадровика, мне расхотелось с ним спорить. Себе дороже. Наверняка опять выявили недостачу и теперь подобным образом пытаются отмыть собственные грязные ручонки, а я всего лишь оказалась козой отпущения, незаслуженно попав под раздачу. Такое уже бывало на моей памяти, и нераз… Видимо, настал и мой черед.

— А расчет?!

— Какой тебе еще расчет?! — Подскочил тот, становясь все пунцовее. — Недостачи твои подсчитали, и все, весь расчет и вышел.

Вот же гад… Не стыда ни совести! Ведь прекрасно знает, что у нас нет наличного расчета, и на уровне официантов недостачи просто невозможны.

— Я на вас в суд подам. — Сказала уже спокойней, с тоской вспоминая забытый в багажнике торт. Уж он то мне неплохо бы пригодился, ибо теперь уж точно на моем горизонте замаячило нечто, сильно напоминающее вынужденную голодовку.

— Ага, давай, — выплюнул тот, и демонстративно зарылся в свои бумажки, давая понять, что разговор завершен.

Мда… Вот и сходила на работу… Забрала со стола документ, и, не прощаясь, покинула негостеприимные стены, громко хлопнув напоследок дверью.

Что делать дальше я просто не представляла. Неужели придется залезть в свой резервный счет, на котором лежали все мои деньги на учебу? И теперь нужно срочно найти работу, пока еще на ногах держусь… Но, не смотря на эту вопиющую несправедливость, не особо то я и расстроилась, и, как ни странно, даже плакать не хотелось. Подумаешь, где наше не пропадало! Пускай подавятся своими жалкими копейками, а я им таких отзывов накатаю… Да еще и жалобу в трудовую инспекцию до кучи, вот тогда посмотрим, кто будет смеяться последней!

С другой стороны, теперь я буду высыпаться, иметь свободные выходные, и не терпеть на себе сальные взгляды и тупые шутки некоторых альтернативно одаренных посетителей… А это огромный плюс. Вот только на что же теперь жить?

Я вышла из служебного выхода, и задумчиво побрела в сторону метро, не сразу сообразив, что время позднее, и оно уже полчаса как благополучно закрыто. А вокруг было так темно, холодно и практически безлюдно, несмотря на выходной… Я поежилась, оглядываясь. А ведь день так хорошо начинался. Может, стоило позвонить Яну, или…