Книга Последняя фея: Охота на бескрылую, страница 107 – Тая Ан

Многочисленные хрустальные шары плавно завращались вокруг своей оси, опасно задрожав, и синхронно вздрогнув, беззвучно лопнули, осыпав всех присутствующих щедрым дождём из серебристой хрустальной крошки. Лопнули и цветные витражи в окнах, и объективы в камерах, и лампы в осветительных приборах, резко погружая пространство заведения в таинственный сонный полумрак. Чем я и воспользовалась, поспешно сбежав со сцены.

Люди вокруг меня продолжали слепо глядеть в пространство, не шевелясь, хотя музыка смолкла, и смотреть больше было не на что. Они так и застыли на своих местах, словно призрачные фигуры, осыпанные хрустальным песком, и я не имела ни малейшего понятия, как долго это может продлиться, ведь еще никогда не позволяла себе подобного эксперимента. Ну что ж, оставалось надеяться, что успею сбежать до появления кого бы то ни было, или, на крайний случай, притворюсь одной из них, хе-хе.

Хруст стеклянного песка под подошвами оказался невероятно громким во внезапно воцарившейся тишине. Подбежав к Ружинскому, в ступореопиравшемуся на мраморную стену, я цапнула его за руку, и умоляюще заглянула в глаза. Тот вздрогнул от моего прикосновения, и мгновенно отмер, часто моргая, чтобы прогнать наваждение. Из моей груди вырвался вздох облегчения. Я не надеялась, что получится разбудить его так быстро.

— Вы не отвезете меня домой? — улыбнулась я вежливо, не сдерживая, однако нетерпеливого тона.

Тот сфокусировал свой взгляд на моем лице и медленно, но уверенно кивнул. Сжав мои пальцы своими, в следующую же секунду он решительно двинулся к выходу из Коринфа.

Обернувшись напоследок, я разглядела в полумраке плечистую фигуру в светлом пиджаке, мраморным изваянием застывшую возле самой сцены, и не сдержала печальной улыбки. Да, похоже, плакал мой ремонт…

Холодный ночной воздух проник сквозь ощетинившиеся осколками зияющие рамы и опутал неподвижные тела также, как совсем недавно опутывал их чарующий, гипнотизирующий голос. Мужчина в светлом костюме, застывший возле подножия сцены, вздрогнул, стоило только прохладе коснуться его лица, и моргнул, приходя в себя. Не сразу поняв, где очутился, и что произошло, он недоуменно заозирался, часто моргая и постепенно привыкая к непонятно откуда взявшемуся полумраку. Его Коринф превратился в иллюстрацию к мрачной сказке.

Темнота, тишина, застывшие, будто восковые, фигуры, усыпанный стеклянным песком пол и заунывное завывание ветра сквозь разбитые окна. Инфернальное зрелище… Последнее, что он запомнил, это то, как его сознание размывается и подчиняется, концентрируясь на звуке нездешнего голоса, которому было невозможно противостоять… Не хватало воли.

При очередном резком движении с его головы с шорохом посыпалась хрустальная крошка.

Хмурый взгляд переместился на сцену, ожидаемо пустующую. Его фея сбежала. Снова! Мужчина бессильно зарычал, прикрывая глаза.

Она всё-таки решилась пойти наперекор, несмотря на все те последствия, что он так красочно ей обрисовал. Глупая. Ну что ж… Как бы ни хотелось, но ему придется принять меры, и наказать своевольную девчонку, чтобы в следующий раз такого не повторилось. В следующий раз… И когда всё пошло настолько не так, что пришлось применять подобные методы, чтобы заставить девушку просто быть рядом? Наверное тогда, когда она отказалась делать это добровольно. А Норт Дега не терпел отказов.Как не терпел он и подобного к себе обращения. Еще ни разу ни одна девушка не сказала ему нет. И эта, какой бы особенной она ни была, не имела такого права. Возможно, поведи она себя также, как и многие до неё, Элль не была бы ему настолько желанна, кто знает? Может именно своим непонятным упрямством и нежеланием пойти навстречу она лишь подстегнула его интерес? Единственная, кем он по-настоящему заинтересовался, и единственная, кому он со всеми своими возможностями и даром не нужен... Тем хуже для неё.