Книга Этот безумный пролог никогда не закончится. Том 1, страница 124 – Notego

Так что, если вернуться к его вопросу, он был вполне способен на такое.

– Почему ты пытаешься унизить себя? Тебя никто даже не толкал, так зачем падать в грязь? – спросил он, поднимая мой подбородок. – Ты хочешь убедить меня, что тебя можно использовать так, как сказал твой отец?

Он до сих пор помнит слова барона?

С моих губ сорвался смешок. Он настолько не подходил ситуации, что заставил брови герцога криво подняться.

Я, не упустив момента, тихо ответила:

– Можете и так меня использовать, если пожелаете. Вы ведь все равно будете делать все, что захотите.

Подбородок Деона напрягся. Он обхватил мои щеки своими грубыми руками.

– Ты пытаешься все испортить окончательно, хотя могла бы просто извиниться. Не станешь говорить, что была неправа, даже под угрозой смерти, да?

– …

Он вытянул палец и постучал по моим упрямо сжатым губам.

– Хорошо. Значит, вот ты какая.

Он стиснул зубы и подался вперед. Огромная тень была все ближе и ближе ко мне.

– Ладно, если ты не собираешься открывать свой бесполезный рот, придется использовать его для чего-нибудь другого. – Сказав это, он впился в мои губы.

Моя голова запрокинулась назад, губы приоткрылись, и его язык проник внутрь.

Он коснулся каждого сантиметра внутри моего рта. Меня словно что-то царапало изнутри.

Я была настолько сбита с толку, что просто стояла, даже не думая сопротивляться, а герцог, все не останавливаясь, схватил меня за талию.

Мои глаза широко распахнулись. Я почувствовала, как грубые руки коснулись моей груди, а затем крепко сжали ее.

– Ах!

Вырвавшийся у меня возбужденный стон был настолько высоким, что я как будто услышала не свой голос.

Мои ноги ослабли. Когда я начала медленно оседать, Деон тут же подхватил меня за талию и заставил повиснуть на нем.

– Х-хватит…

От последовавшего за этим поцелуя мне стало трудно дышать. Я чувствовала, что голова кружится, а дыхание учащается.

Перед глазами все плыло. А он продолжал целовать меня, не давая даже времени отдышаться. Как будто наказывал.

Я чувствовала, как его дыхание, поначалу спокойное, становилось все более отрывистым.

Теперь он страстно искал моих губ, словно не наказывал меня за простую провокацию, а страдал от жажды. От его поцелуев, наполненных желанием, я начала задыхаться.

Моя кожа и без того стала чувствительной из-за холода, но горячее тело Деона, казалось, и вовсе обжигало ее. На местах, которых касался его язык у меня во рту, словно оставались ожоги. А мое собственное мокрое тело плавилось в его руках.

Я подняла руки и ударила его по груди. Но он не отступил. Вместо этого он взял меня за руку и заставил обхватить его за шею.

Голова кружилась. Казалось, мое измученное тело вот-вот упадет без дыхания.

Нужно было как-то остановиться.

И я укусила его губу и яростно исследующий мой рот язык.

Только тогда он перестал меня целовать.

Красная от крови слюна закапала вниз. На его губах я отчетливо увидела отметину от моего укуса.

Я собиралась выругаться прямо ему в лицо, но, увидев, как кровь капает с уголков его рта, решила, что придется проглотить слова, уже подступившие к самому горлу.

Его лицо выражало настолько сильное желание, какого я никогда раньше не видела. Влажные от возбуждения глаза ярко сверкали.

Я была в замешательстве. Его вызвала текущая из раны кровь, но еще больше меня удивило то… что его подбородок и покрасневшие глаза напряглись от желания. Глаза его дико горели от неутоленной жажды.